Сегодня День Явления Ваманадева, и мы постимся до обеда.

* * *

Приятной идиллии, которой Шрила Прабхупада наслаждался в первый вечер в саду, не суждено было продолжаться долго. В настоящий момент управление храмом и споры между менеджерами вновь занимают его ум. Он всегда был разочарован тем, как здесь осуществляется управление. Причина его нынешних беспокойств — сообщения о большом перерасходе средств. Вриндаван — один из самых

важных наших центров, и на храм, а также на гостиницу, которую все никак не могут закончить, уже потрачена огромная сумма денег. Прабхупада обеспокоен тем, как бы, в конце концов, плохое управление все не испортило.

Этим утром он встречался с Хамсадутой Свами и Ак- шаянандой Свами. Похоже, куда бы Хамсадута не приезжал, он везде провоцирует беспокойства и споры. Он живет здесь всего лишь в течение двух месяцев, а преданные уже успели разделиться на два лагеря: тех, кто хотят, чтобы он стал президентом храма, и тех, кто этого не хотят. На самом деле, здесь существует всеобщая неудовлетворенность тем, как управляет Акшаянанда Махарадж, но хотя Прабхупада и разделяет ее, этим утром он ясно дал понять, чего он хочет от каждого из них.

Он сел за свой стол, глядя на двух санньяси: Хамсадуту, сидящего слева, и Акшаянанду, сидящего справа. Сначала Прабхупада обратился к Хамсадуте: «Ты — санньяси. Почему ты проводишь здесь столько времени? У тебя есть автобус, и ты должен проповедовать. Титул «санньяси» означает, что теперь ты должен проповедовать по всему миру. Почему ты должен думать о том, чтобы стать здесь президентом? На самом деле санньяси не должен оставаться в одном месте больше, чем на три дня. У тебя есть автобус, и если его колеса прекратили крутиться, это значит, что проповедь тоже остановилась». Прабхупада привел Хамсадуте пример индийских железных дорог: «У них есть девиз: «Колеса должны вращаться всегда». И задача каждого работника, будь то машинист поезда, кочегар или клерк в офисе, состоит в том, чтобы внести свой вклад для того, чтобы колеса поездов никогда не прекращали крутиться. Если колеса прекращают крутиться, дело останавливается». Так что Прабхупада дал Хамсадуте наказ, что его автобус никогда не должен останавливаться. «И все же, — сказал он, — Храм — это ниргуна (место, где нет материальных гун), так что ты

можешь оставаться здесь больше, чем на три дня, это разрешено. Но только если у тебя здесь есть дела».

Затем Прабхупада повернулся к Акшаянанде Свами: «С этого момента ты должен оставаться здесь, во Вриндаване, и никогда не покидать его до тех пор, пока я не скажу. Ты должен остаться и заниматься управлением».

Мы все посмотрели друг на друга и засмеялись. Прабхупада настолько замечательный, что может дать два внешне противоречивых наставления и все же при этом быть абсолютно правым.

Прабхупада продолжил объяснять, что без присутствия Акшаянанды все в храме приходило в упадок. Так что он должен остаться, чтобы исправить недостатки.

Гопала Кришна и Харикеша Махарадж присоединились к нам, и для Гопала Кришны Прабхупада повторил свои наставления, сперва объяснив указания, данные им Хамсадуте:

«Санньяси должен продолжать проповедовать, проповедовать, проповедовать, проповедовать. Если привести практический пример, я сидел здесь во Вриндаване, в храме Радха-Дамодары. В семьдесят лет никто не выезжает за его пределы, по крайней мере, во Вриндаване никто не выезжает за его пределы в семьдесят лет. Но Кришна попросил меня. Я подумал, что должен ехать, этого хотел от меня Гуру Махарадж и Чайтанья Махапрабху... «Дай-ка попробую». Итак, если бы я не поехал, этой организации (ИСККОН) не было бы. Это пример из жизни. Махатах нирвичаранам. Махатмы должны путешествовать. Когда в этом есть абсолютная необходимость, они могут где-нибудь остановиться. А иначе они должны перемещаться, перемещаться, перемещаться, перемещаться. Не останавливаться — таков принцип. Никаких остановок, Я уже стар, я не могу ходить, и все же я езжу по всему миру. Меня просто волнует, чтобы то, что я уже сделал, не было разрушено в мое отсутствие.

[ Поеду-ка я и вдохновлю их. А иначе у меня сейчас нет сил путешествовать. Но все же я отправляюсь в поездки. Только С этой целью. Итак, санньяси должен перемещаться. Он не должен останавливаться где-либо больше, чем на три дня. Таков принцип».

Затем он указал на Акшаянанду и объяснил, почему тот должен остаться: «Итак, он путешествовал, но его путешествия создают здесь беспокойства. Поэтому я это остановил. И помимо этого, храм — это ниргуна. Санньяси запрещено останавливаться надолго где-либо еще, но в храме он может оставаться больше, чем три дня, конечно, если у него там есть какое-то дело. А иначе в этом нет необходимости. Так что это исключение».

Вид Гопала Кришны говорил о том, что решение, принятое Прабхупадой, принесло ему облегчение: «Это решает все проблемы».

«Решает это проблемы или нет, мы увидим позже,— сказал ему Прабхупада. — Но таков принцип. Таков принцип. Выход состоит в том, что если мы не станем очень простыми слугами Кришны, проблемы возрастут. Их невозможно будет решить. Если у вас есть еще какое-либо другое желание, помимо служения Кришне, тогда проблемы усилятся, они никогда не уменьшатся. Поэтому бхакти начинается с анъябхилашита-шунъям. Никаких других целей за исключением служения Кришне. Только эта цель. Анукулйена кришнанушиланам. Итак, наша единственная забота — как удовлетворить Кришну. Кришну в его изначальном положении как Кришны и в другой Его форме, — как Чайтанью Махапрабху. И в обоих случаях Он настаивает на том, что необходимо проповедовать. Это очень важное дело. Ни Чайтанья Махапрабху, ни Кришна не рекомендовали что- либо типа «стань великим преданным», «сиди на одном месте и говори заумные-презаумные слова, и просто ешь и спи». Кришна никогда этого не говорил. Это не входит в задачу ни Кришны, ни Чайтаньи Махапрабху. Боро боро бан- долел боро боро пхет, ланка дингаке мата коре хет. «Большие обезьяны много едят, на Ланку прыгать не хотят». Во Вриндаване есть много больших животов, но*если их попросить проповедовать миссию Чайтанья Махапрабху по всему миру,— у них нет желания. Меланхолия. Большие обезьяны — большой живот».

Обращаясь к Хамсадуте, Прабхупада сказал: «Итак, ты принял на себя ответственность за великую миссию, всемирную проповедь, — это замечательное решение. Поэтому у тебя есть задача, и есть возможности. Займись этим. И, один — в Германии, а другой — в Индии. Приехал-уехал, приехал-уехал. Что ты об этом думаешь?»

Хамсадута был исполнен энтузиазма выполнить все, чего бы ни пожелал Прабхупада, но у него была жалоба. У него был конфликт с Гопала Кришной и президентами храмов, такими как Гирираджа, поскольку людей, которые хотели присоединиться к его группе и путешествовать, останавливали и рассылали по разным центрам, даже против их воли.

Сначала Прабхупада ответил, что если брахмачари хочет путешествовать, никто не должен против этого возражать.

Но Гопала Кришна представил другую сторону проблемы. Он пожаловался, что Хамсадута переманивает людей, даже если они занимают ключевые посты в храме, проповедуя им и платя деньги. Это звучало как еще один раунд спора, возникшего в прошлом году между путешествующей группой санкиртаны Радха-Дамодара и американскими храмами.

Шрила Прабхупада подтвердил, что порядок, установленный в храмах, надо поддерживать. «Помимо этого, I— сказал Прабхупада Хамсадуте, — если ты хочешь забрать кого-либо, или если кто-нибудь хочет уехать с тобой, необходимо спрашивать разрешения президента местного храма. Если тот решит, что он не занят и может отправиться

[ с тобой, тогда можешь забрать его. Но если он считает, что i его присутствие там необходимо, почему он должен ехать с тобой?»

Хамсадута ответил, что он понял, и попытается следовать этому принципу. Однако относительно инцидента, упомянутого Гопала Кришной, касающегося одного человека в Бомбее, он сказал, что Гирираджа действовал в этом случае [ настолько неразумно, что этот парень сбежал из храма.

Прабхупада не поддался на эти сентименты: «Нет, нет, есть столько людей... Если ты не удовлетворяешь их чувства, каждый волен сбежать. Ты не можешь это остановить. Ты не ; можешь выговаривать ему, упрекать кого-то, поскольку здесь I каждый служит добровольно. Никто не является ничьим слу- I гой. Так что, если ему что-то не нравится, в любой момент I он может уйти. В любой момент. Как, например, вчера при- \ шел Шастри. Он ушел от нас. И другие люди, они приходят и уходят. Ты не можешь их остановить. Поскольку мы не [' нанимали их в качестве слуг за жалование. Они так мило- I стивы, что приехали сюда сотрудничать с нами. И все же есть [ правила приличия, и если кто-то, занятый какой-либо работой, внезапно куда-то уезжает, — это не очень хорошо. Хоро- f шнй тон состоит в том, что раньше я ездил и сейчас занят проповедью, так что никаких трудностей здесь не будет, — так все устроено. Тамала также, если он так поступает, поступает не очень хорошо. Только потому, что мне нужны люди, я не могу похищать их из какого-то храма. Так поступать нехорошо. Мы должны видеть, что управление работает. Оно не должно страдать. Но если у президента есть лишние люди, он должен разрешить им поехать на санкиртану».

Прабхупада подчеркнул, что в храмах должны оставаться только те люди, которые абсолютно необходимы. Все остальные должны быть посланы на проповедь.

***

Гопала Кришна согласно кивнул: «Все лишние люди могут путешествовать на автобусах санкиртаны».

Но Прабхупада заметил: «Нет, они должны быть перераспределены. Они могут отправиться в другие центры».

Затем, имея в виду ситуацию, сложившуюся в настоящий момент во Вриндаване, Прабхупада сказал: «Они без необходимости увеличивают количество людей и расходы на их содержание, 20000, 25000, 30000 рупий. Зачем? В этом нет необходимости. Здесь должен оставаться минимум людей, которые действительно полезны. Нет необходимости держать здесь лишних людей».

Харикеша Махарадж выдвинул сомнение: «Когда вы в первый раз говорили о Вриндаване, вы упомянули, что Вриндаван будет местом для тех людей, у которых возникли какие-то беспокойства в сознании Кришны или которые «перегорели», как мы это называем, от излишне большой занятости, чтобы они могли приехать сюда и восстановиться. Это все еще...»

Прабхупада подтвердил эту идею: «Это факт, но подразумевается, что этот человек — преданный. Если он непреданный, он будет переезжать с места на место, туда-сюда. Это привычка. А преданный удовлетворен в любом месте. Преданный не думает: «Вот поеду во Вриндаван, тогда буду удовлетворен». Нараяна-парах сарве на куташчана бибхъяти. Я вынужден был останавливаться в местах, где в холодильниках хранилось мясо. И я готовил. Открывая холодильник, я говорил: «Здесь лежит мясо. Да, но что поделаешь? Харе Кришна». Только и всего. Так что, если бы я застрял во Вриндаване: «Нет, нет, я не могу покинуть Вриндаван и уехать куда-либо». Нет, мы можем отправиться в ад, если там нужно служить Кришне».

Харикеша Свами продолжил задавать вопросы, пытаясь в точности понять, каково желание Прабхупады: «Итак, если кто-либо приезжает сюда в нестабильном состоянии сознания, может ли он остаться здесь в течение какого-то времени?»

Прабхупада ответил ему: «Сейчас это следует ограничить. Не так, что каждый приезжает и уезжает по своему капризу. Это должно быть ограничено».

Гопала Кришна подтвердил, что преданные, которые просто приезжают в Индию, но не хотят служить, создают беспокойства.

Акшаянанда добавил: «Многие преданные думают... Они приехали сюда... Поэтому работать необязательно. Замечательно просто воспевать и жить во Вриндаване. Это неправильно».

Прабхупада согласился с ним только наполовину. Он сказал, что приезжать во Вриндаван и повторять здесь Харе Кришна — это нормально. Но это увеличивает расходы храма. «Кто соберет эти 25000 рупий? Расходы растут. Я могу их содержать при условии, что они серьезно намерены прогрессировать в сознании Кришны. Не то, что какой-нибудь лентяй приедет во Вриндаван, и поскольку он приехал, Кришна-чандра почувствовал себя очень ему обязанным. У Кришна-чандры нет подобного ему друга. Такое умонастроение должно искореняться».

«А что если он приезжает с деньгами и может за себя заплатить?», — спросил Харикеша.

«Есть гостиница, — ответил Прабхупада. — Живи. Вреда здесь никакого нет. Есть гостиница, он может платить и жить. Но в храме мы должны держать минимум людей, без которых мы не сможем его поддерживать. Это все».

Затем Прабхупада выразил свое недовольство настоящим положением дел: «Кто принесет эти деньги, 25000 рупий в месяц? Я неприятно удивлен. Так что это должно быть немедленно прекращено. Мы не можем платить больше, чем 5000 рупий. Прекрати это. Мы не можем платить. Мой Гуру Махарадж обычно говорил: «Притон лентяев». Это невозможно. Мы не должны нести такое бремя. Что это такое? Есть ли во Вриндаване храм, на

поддержание которого тратилось бы 25000, 30000? Можете назвать такой храм?»

Бхагатджи подтвердил утверждение Прабхупады: «Не более 5000».

Прабхупада решительно взялся за управление: «Я готов платить тебе 5000 рупий за пятнадцать человек. Но не больше. Такую сумму я могу заплатить. Тебе не нужно собирать эти деньги. Оставайся на одном месте и усердно работай. Не просто спи и ешь, нет. Этого делать нельзя. Они должны быть заняты двадцать четыре часа в сутки. Вот что требуется. Это не бесплатный отель для лодырей. Любой, кто живет в храме, должен быть занят двадцать четыре часа в сутки. Киртаниях сада харих. Если у него нет работы, пусть повторяет Харе Кришна. Это должно быть сделано».

Акшаянанда сказал, что ему необходим каждый, кто приезжает во Вриндаван, для того чтобы участвовать в двадцатичетырехчасовом киртане, по меньшей мере, час в день.

Прабхупада ответил, что это должно быть условием пребывания. И добавил с долей сарказма: «Если вы согласны, то оставайтесь здесь. Нет, — отправляйтесь на Радха-кунду». Он велел Акшаянанде сделать это правилом, и не только на один час в день. «Четыре раза. Утро, вечер, ночь, снова утро. Утром с шести до девяти, другая группа — с девяти до двенадцати, следующая — с трех до шести, и снова утром с шести... дважды одна группа. Одна группа приходит один раз утром, одна — вечером».

Акшаянанда приподнял брови и кивнул, показывая, что он все понял: «Замечательно».

«Все замечательно, — сказал ему Прабхупада, — нужно только все устроить. Итак, я готов, я буду тебе платить. Даже если у вас вовсе нет денег, я буду платить тебе 5000 рупий. Держи пятнадцать человек»,

Акшаянанда сказал, что нет необходимости в том, чтобы Прабхупада что-то платил.

«Тогда спасибо тебе, — сказал Прабхупада. — Но ты можешь содержать только пятнадцать человек. И еще есть пожертвования, которые люди кладут в коробку. И еще ка- кие-то деньги собираются за прасад, столько всяких возможностей».

Бхагатджи добавил: «И еще люди жертвуют в храмовой комнате».

«Деньги, собранные в храмовой комнате, должны полностью быть использованы для поклонения Божествам, — сказал Прабхупада, откидываясь на спинку своего сидения. Он был исполнен твердой решимости разобраться с делами управления и навести порядок: «Не должно быть непомерных расходов. Я лично прослежу за этим. Я останусь здесь. Я буду управлять сам. Я прослежу за тем, как здесь все будет складываться. Итак, в любом случае, пятнадцать человек — 5000 рупий. Никаких больше 25000. Забудь об этом».

Прабхупада был так решительно настроен сократить расходы, что зашел настолько далеко, что сказал, что в мыле и зубной пасте нет необходимости: «Зачем мыло? Они ходят на Радха-кунду или на нарака-кунду? Это глупость. Возьмите земли с Радха-кунды или земли Вринда- вана, вриндавана-дхули. Зачем вам мыло? Ним дантан (веточки нима для чистки зубов). Я чистил зубы ним дантан до тех пор, пока они у меня не выпали. Вы знаете, я собирал ним. Но сейчас для меня невозможно им пользоваться. А также я создал свой собственный рецепт зубной пасты. Я покупал только зубную щетку, а пасту делал дома сам. Я никогда не пользовался покупной, даже в молодости. Вы видели это на практике. Не то, что я стал пользоваться всем этим, только когда стал санньяси. Когда я был грихастхой, я также не пользовался покупной зубной пастой. Так что, если вы не можете использовать ним дантан, можете чистить зубы этой пастой. Я скажу вам, как ее сделать. Все очень просто».

Что касается преданных, посещающих святую дхамуу Прабхупада сказал, что им может быть позволено бесплатно остановиться на три дня, а затем они должны платить за себя. Он сказал, что у любого западного преданного есть деньги, и они должны платить: «Мы приглашаем, подразумевая, что он разумен. Просто сидеть на шее — это нехорошо. Что вы об этом думаете? В нашей индийской системе, если кто-либо приходит в ашрам к садху, особенно если он грихастха, он сразу же платит пятьдесят рупий, сто рупий. Он не будет оставаться там более трех-четырех дней, но он знает: «Откуда садху возьмет деньги? Возьмите». Они платят сразу же. В вашей стране тоже это принято. Это вопрос того, есть ли у человека совесть: «Я приехал сюда, мне нужно здесь остановиться. Я должен что-то заплатить». Все, что угодно, может быть замечательно устроено, если, конечно, есть хороший менеджмент. Я не вижу никаких трудностей. Я лично присутствую здесь. Если возникнут какие-либо трудности, обратись ко мне. Я дам тебе совет».

Затем был затронут вопрос о том, как устроить кухни. Акшаянанда попросил подтверждения, что три кухни, которые есть у них сейчас, — для Божеств, для преданных и для гостиницы — должны быть объединены в одну.

Прабхупада подтвердил, что таково его желание: «Зачем нам три?»

Акшаянанда кивнул: «Хорошо. Я дам вам список блюд, которые мы предлагаем, на ваше утверждение». Он сказал, что объ единение кухонь будет означать сокращение количества предлагаемых Божествам блюд.

Прабхупада не видел в этом проблемы. Он посчитал число Божеств и после небольшого обсуждения решил, что количество блюд, которое мы предлагаем, должно быть сокращено с десяти до шести.

Другой темой обсуждения были цветы для гирлянд Божеств. Прабхупада сказал руководству храма, что нет необходимости предлагать розы, если они слишком дорого обходятся.

Таким образом, Прабхупада начал вникать в мельчайшие детали расходов храма. Позже, вечером, вместе с Бхагатджи они подсчитали различные затраты.

Этим утром собрание переключилось на другие предметы. Гопала Кришна упомянул, что CID беспокоит некоторых из наших свободных членов. В Чандигархе, по сообщениям Чайтья Гуру, один из наших пожизненных членов выставил для демонстрации книги Шрилы Прабхупады в двух своих магазинах. Люди из CID пришли к нему и сказали: «Почему вы показываете эти книги? Какая у вас с этим связь? Зачем вы помогаете Харе Кришна?» «Итак, продажа книг — вне закона?» — спросил Прабхупада.

Гопала Кришна сказал, что они просто подозрительны, но есть и другие сообщения о подобных инцидентах.

Прабхупада начал вспоминать первые годы того, что он называл «постоянной тяжелой борьбой» в 1966—67 годах, и проблемы, которые встали перед ним, когда он пытался получить вид на жительство в Америке. Затем, напомнив своим лидерам о необходимости заботиться об их духовных обязанностях, Прабхупада подвел итог встречи: «Итак, Кришна дал нам некоторые возможности. Сейчас нам надо поработать над организацией. Отнеситесь к этому серьезно. Ненужные траты это то, что мы... сато вриттех садху-санге. Такова линия Рупы Госвами. Мы должны быть очень честными и жить с садху, которые являются преданными. Тандера чарана себи-бхакта-сане бас. Прежде всего наша миссия должна заключаться в том, как служить Госвами. Эи чаи госаи яр муи таро дас тан-сабара пада-рену мора панча-грас. Вы не можете действовать независимо. Шри чай- танья-мано'бхиштам стхапитам йена бху-тале/ сваям рупах кода махьям дадати сва-падантикам. Такова должна быть наша молитва; «О Рупа Госвами, начавший осуществление миссии Чайтаны Махапрабху, когда же я найду прибежище у твоих лотосных стоп?» Нароттама дао Тхакур молится: тандера чарана себи. Тандера — значит «шесть Госвами». Эи чаи госаи яр муи таро дас — «Я являюсь слугой того, кто занят служением шести Госвами». И мы молимся нашему Гуру Махараджу: чРупануга-вируддхапасиддханта-дхванта-ха- рине». Любого, кто идет вразрез с волей Рупы Госвами, отвергните его. Таков наш метод. Рупа-рагхунатха-паде хои- бе акути кабе хама бхуджхабо се джугала-пирити. Кто сможет понять любовные игры Радха-Кришны до тех пор, пока не получит наставление от Рупы Госвами? Любовные отношения Радха-Кришны — не такой уж простой предмет. И Радха-кунда не так уж легкодоступна, чтобы можно было самовольно отправиться на Ее берег и стать кандидатом на обретение премы. Нароттама дас Тхакур вопрошает с нетерпением: «Когда я пойму истину о Радха-кунде, Радха- Кришна преме?» Такие освобожденные великие преданные, ачарьи, у них есть горячее желание. Рупа-рагхунатха-паде хои- бе акути, кабе хама бхуджхабо. «Когда я, наконец, пойму?» И они сразу же обретали все необходимое понимание. Это не так-то просто. Чайтанья Махапрабху даровал нам уникальную возможность. Абодха каруна-синдху качия махан прохлада брахма дурлаб према нитаи коре дхана. Это особый стих. Обрести прему не так-то просто. Бахунам джанманам анте гьянаван мам прападьяте. Не принимайте все легковесно, на самом деле все очень серьезно. Поэтому мы должны идти к цели шаг за шагом. Это, как говорит Нароттама дас Тхакур, тандера санге. Нашей целью должно быть служение Рупе-Рагхунатхе. А также бхакта-сане бас, жить вместе с чистыми преданными, у которых нет других стремлений, кроме служения Кришне. Анъябхилашита-шунъям. Таков наш метод. Так что, следуя ему, будьте внимательны. На этом все».

Получив пищу для размышлений, менеджеры собрались уходить. «Джая Шрила Прабхупада!»

* * *

Многие преданные, принимавшие участие в строительстве храма во Вриндаване, разъехались, кто куда. Хайхая дас, в течение короткого времени бывший здесь одним из менеджеров, собирается открывать центр в Испании. Гунарнава едет на Средний Восток вместе с Трибхуванатхой дасом, чтобы проповедовать и собирать пожертвования. Джагат Гуру Свами, живший здесь в течение некоторого

времени, уже уехал в Малайзию открывать центр.

* * *

Харикеша Свами зачитал Прабхупаде кое-что из писем, пришедших утром. Среди них было два из зоны Южных Морей, и содержание обоих служило поводом для беспокойств. Упендра сообщил с Фиджи, что, несмотря на то, что Прабхупада присылал до этого им письмо о том, что они не должны брать ссуду в банке от имени ИСККОН, они все-таки взяли ссуду на сумму 80000 $. Упендра отметил при этом, что дела идут не так уж хорошо.

Шрила Прабхупада дал совет, чтобы Тамала Кришна Махарадж был поставлен в известность обо всем случившемся, и что следует его попросить все проверить.

Второе письмо пришло из Австралии. Это был отчет, в котором содержалось предположение о том, что Мадхудви- ша мог растратить большую сумму денег — 250000 $,— когда он отправился туда. Однако, это не было доказано, как и не было подтверждено, что деньги действительно потеряны, поскольку у австралийских храмов нет привычки поддерживать бухгалтерию в порядке. От Гурукрипы Свами, местного

1лава 5. Шри Вриндавана-дхама

Джи-би-си, не было ни слова, и, по словам Харикеши Свами, никто не знает, где он в настоящий момент находится.

Прабхупада был озабочен и обеспокоен этими сообщениями, но он не говорит слишком много на эту тему. На письмо из Австралии его комментарий был очень 'краток: «Деньги и женщины».

Когда я спросил, следует ли как-то наказать Мадхудви- шу, если предположения верны, он ответил, что это должно решить Джи-би-си.

Сообщения подобного рода в сочетании с проблемами управления, возникающими здесь, во Вриндаване, — это уже на самом деле чересчур для Прабхупады. Он потер руками голову и пожаловался: «У меня начинается нервное истощение».

Я был обеспокоен. До этого момента я никогда не слышал этот термин и потому спросил, что это такое.

Прабхупада повторил: «Нервное истощение». Затем он рассказал нам, как в 50-х он ходил по всему Дели, от одного офиса к другому, пытаясь распространять свой «Бэк ту Годхед». Весь процесс производства этой газеты — написание статей, редактура, корректура, покупка бумаги, наблюдение за ходом печати, а также распространение готовой газеты — все делалось им одним, и никто ему не помогал. Прабхупада сказал, что он трудился очень тяжело. Однажды, когда он находился на улице под палящим солнцем, у него началось нервное истощение, и он начал «шататься как пьяный», У него не было денег даже на то, чтобы остановить такси. К счастью, Кришна устроил так, что как раз в этот момент его друг проезжал на своей машине и заметил его. Он отвез Прабхупаду домой и дал ему лекарство, которое излечило его.

424

Это воспоминание вызвало у Прабхупады улыбку, и он заметил: «Я так тяжело боролся, как сейчас борются некоторые из наших распространителей книг».

Немного позже Шрила Прабхупада обсудил с Хари- кешей Махараджем подозрения насчет Мадхудвиши, Прабхупада сказал ему, что даже если эти сообщения — правда, его не следует наказывать: «В конце концов, он один из наших людей»,

* * *

Каждый вечер Шрила Прабхупада садится под дерево тамал во дворе храма, чтобы дать даршан людям, и это становится частью его обычной ежедневной программы. Он всегда просит кого-нибудь почитать на хинди. Когда начинается арати, он уходит в свой сад, чтобы едва слышно читать джапу. Сад оказался райским местом, где он может расслабиться в окружении природы среди зелени и ниспадающих струй фонтана. Иногда он посылает за своими Джи-би-си и обсуждает с ними различные вопросы, касающиеся управления.

Вечером Бхаргава дас, один из фотографов Би-би-ти, развлекал Прабхупаду, демонстрируя ему слайды, которые он сделал во время своего недавнего путешествия в Джаган- натха Пури. Шрила Прабхупада наслаждался этим показом, вспоминая, как, будучи маленьким мальчиком, он видел первые шоу «магического фонаря».

Хамсадута пришел в сад, чтобы сообщить, что некоторые из его людей собираются начать создание центра в Турции. Прабхупада был доволен и вдохновлял его проповедовать по всему миру, насколько это в его силах.

* * *

Ночью Прабхупада отдыхает на крыше своего дома. Вечером, когда он молча лег на своей кровати под сеткой, а я, сидя сбоку от него, массировал его ноги, в тишине ночи

эхом разносились различные звуки. Слушая эти звуки, издаваемые разными животными, он задумался на некоторое время, а затем засмеялся: «Эти утки и петухи, они очень большие специалисты в совокуплении. Тебе известно об этом?»

Я засмеялся, услышав эту необычную информацию, а Прабхупада продолжил, сказав, что сексуальное влечение — могучая сковывающая сила во всех формах жизни. Его можно преодолеть только благодаря сознанию Кришны.