В этих обстоятельствах, начиная с 1936 года, я просто думал, смогу ли я отважиться на выполнение этой трудной задачи, не имея, к тому же, ни средств, ни способностей. Но так как это не испугало меня, я нашел в себе силы взяться за работу.

Шрила Прабхупада.

Журнал "Назад к Богу".

"Пожар в матхе" вспыхнул почти сразу. Один из старших учеников заявил, что духовным преемником Бхактисиддханты Сарасвати должен быть один-единственный ачарья, имеющий право давать посвящения и разрешать все споры. Но Бхактисиддханта Сарасвати никогда не говорил ничего подобного. Он не просил назначать какого-то одного ачарью. Напротив, он наказал членам Гаудия-Матха сформировать руководящий орган из двенадцати человек и управлять матхом сообща. Но это наставление было забыто, а вместо него было выдвинуто предложение - назначить единоличного лидера. Вместо двенадцати человек руководство должен был взять на себя один, - оставалось лишь решить, кто.

Ученики разделились на две противоборствующие группы. Ананта Васудева, один из ведущих проповедников Бхактисиддханты Сарасвати, был очень честолюбив - он настаивал на своих правах, заручившись поддержкой влиятельных санньяси. Другой ученик, Кунджавихари, ловко вел борьбу за имущество. При Шриле Бхактисиддханте он был главным управляющим, и теперь претендовал на великолепный храм в Калькутте, равно как и на всю остальную собственность и имущество, числившееся за Гаудия-Матхом по всей территории Индии. В своем завещании Шрила Бхактисиддханта выразил желание, чтобы ученики избрали руководящий совет, который будет управлять всей собственностью и капиталом Гаудия-Матха, но Кунджавихари оспаривал правомерность этого завещания. Он и его сподвижники утверждали, что, поскольку Шрила Бхактисиддханта получал всю эту собственность от имени Бога, она ему не принадлежала, и он не имел права определять ее будущего хозяина. Кунджавихари и другие вели бесконечные споры по поводу правовых и богословских аспектов положения ушедшего ачарьи.

Вскоре после ухода Шрилы Бхактисиддханты начался судебный процесс. Ананта-Васудева, на стороне которого было большинство членов Гаудия-Матха, заявил, что именно ему как следующему ачарье принадлежит имущество и власть. На стороне Кунджавихари было лишь несколько человек, но, несмотря на это, он бросил вызов большинству и подал в суд. Кунджавихари и его сторонникам удалось завладеть Чайтанья-Матхом и храмами в Майяпуре. Партии Васудевы досталась остальная недвижимость. Ссоры переросли в кулачные бои, и проповедь Гаудия-Матха остановилась.

Неспособность Абхая участвовать в деятельности Гаудия-Матха неожиданно оказалась ему во благо. Он был скорее прихожанином, нежели членом матха и (по крайней мере, внешне) больше дельцом-грихастхой, чем миссионером. Поэтому все эти раздоры обошли его стороной. Он, правда, был связан с матхами в Бомбее и Аллахабаде, но никаких руководящих постов там не занимал, и поэтому ему не нужно было на что-то притязать или участвовать в судах. Да он и не встал бы на какую-то одну сторону в драке за власть. Как и многих других учеников, его очень удручало, что наказом его духовного учителя о сотрудничестве пренебрегли, а его миссия стала предметом судебной тяжбы. Абхай знал, что Шрила Бхактисиддханта всегда призывал старших учеников к сотрудничеству, поэтому не мог одобрить действий ни одной из ссорящихся фракций. Обе стороны оскорбляли Шрилу Бхактисиддханту Сарасвати.

Но он хотел проповедовать. Хотя цель стать "очень хорошим англоязычным проповедником" оставалась пока больше предметом его размышлений, нежели активных действий, Гаудия-Матх, по логике, мог бы стать хорошим средством для проповеди. К тому же, он уже печатал свои статьи в изданиях Гаудия-Матха и сотрудничал с духовными братьями в Аллахабаде и Бомбее. Разумеется, служение духовному учителю означает служение его миссии, но Гаудия-Матх, некогда славившийся своей чистой и смелой проповедью послания Господа Чайтаньи, теперь прославился в основном своими распрями. Развал Гаудия-Матха коснулся и Абхая. Как мог он в таких условиях выполнять наказ своего духовного учителя - проповедовать? Раньше главным препятствием для проповеди были семейные обязанности, но сейчас положение значительно усложнилось. Только ждать исхода этих сражений - ничего другого не оставалось. Что же уготовил ему Кришна?

* * *

1938 год.

Дела в Бомбее не ладились. Абхай, которому было уже сорок два, со всей семьей переехал обратно в Калькутту, где арендовал дом № 6 на Сита-Канта-Банерджи-Лэйн. С обеих сторон этой узкой улочки стояли трехэтажные дома. Его офис находился на первом этаже и выходил на улицу; семья жила на втором этаже. Абхай снял примыкающее здание № 7 и на первом его этаже устроил небольшую химическую лабораторию, где стал производить дистиллированную воду, "Болеутоляющую мазь Дэ", "Вимал тоник", уколы от нарывов "Альфа" и другие лекарства. Еще он занял под лабораторию маленькую постройку во дворе здания. Над дверью, выходящей на улицу, он повесил большую вывеску - "Абхай-Чаран Дэ и сыновья", - на которой был изображен усатый Абхай-Чаран.

Иногда Абхай нанимал в помощь двух-трех человек, но чаще работал один. Он поставлял дистиллированную воду своим агентам, в частности "Бенгал Компани" и "Глюконет". Для рекламы болеутоляющей мази Дэ была напечатана брошюра, в которой говорилось: "Отлично снимает боль при подагре, ревматизме и других недугах". А если пациент хотел навсегда избавиться от подагры, ревматизма и других недугов, то брошюра Абхая предписывала, в дополнение к "Болеутоляющей мази Де", "воздерживаться от спиртных напитков и других одурманивающих средств и употреблять в пищу простые и чистые продукты, такие как овощи и молоко".

Новое дело в Калькутте сразу пошло на лад, но сердцем Абхай был далеко отсюда. Вести дело, чтобы содержать семью -это был просто его долг. Новые знакомые в Калькутте видели в нем искреннего преданного Бога - пусть и делового человека и отца семейства, но который озабочен более проповедью и литературной работой, нежели бизнесом и семьей.

Чханди Мукерджи (с соседней улицы Бихари): Его интересовало только преданное служение, а бизнесом он занимался лишь для поддержания семьи. Было видно, что им движет не стремление получить выгоду, заработать денег или стать богатым человеком.

Чаран Мукерджи (сосед Абхая): Абхай-Чаран Дэ всегда очень терпеливо выслушивал все, даже самые вздорные доводы любого посетителя, включая меня самого. Не зная философии, я выдвигал множество совершенно нелогичных аргументов, а г-н Дэ всегда очень терпеливо слушал. Он никогда не раздражался, всегда был очень спокоен и рассказывал мне о Боге. Он говорил только о Кришне. Он переводил "Гиту" и вел свой бизнес.

Соседи часто заставали его сидящим на кушетке в гостиной. Он читал книги своего духовного учителя, время от времени повторяя вслух санскритские шлоки*. С теми, кто заходил к нему, он любил говорить о философии. Члены его семьи, как правило, были в верхних комнатах, а он сидел внизу, в гостиной, одетый в дхоти и курту, а иногда в дхоти и жилетку. Иногда он писал, а дети его в это время играли на улице с детьми семьи Гангули, жившими в том же доме, в квартире, выходившей во двор.

Соседи жили очень дружно, как одна семья, и Абхай часто с ними общался. Как правило, говорили они о вайшнавской философии и лишь изредка - о бизнесе. По мнению г-на Гангули, речь Абхая была "ученой и всегда в высшей степени философской". Он был поглощен философией сознания Кришны, и даже в коротких беседах рассказывал о том, что "Бхагавадгита" называет Господа Кришну основой материального и духовного миров. Работая в своей лаборатории, принимая пустые стеклянные бутылки у торговца-мусульманина или выходя продавать свои лекарства, - он всегда говорил и думал о Боге.

В те дни в Калькутте нередко можно было встретить человека, проявляющего интерес к Богу. Абхай заметил, что даже Абдулла, мусульманин, продававший стеклянную тару, очень религиозен. Однажды Абхай спросил Абдуллу, который когда-то был очень бедным, но благодаря своему делу разбогател:

- Теперь у тебя есть деньги. На что же ты собираешься их потратить?

Торговец бутылками ответил:

- Дорогой мой господин, я мечтаю построить мечеть.

* * *

Тем временем война в Гаудия-Матхе разгоралась все сильней. Обе партии были движимы нечистыми побуждениями, и обе отклонились от наставлений духовного учителя. Одна только попытка определить в суде, кому принадлежит собственность, означала, что духовные братья не повиновались желанию духовного учителя, которое он столь ясно выразил в завещании. Суды продолжались из года в год, но тяжбы не могли ни сблизить учеников, ни очистить их. Местный суд вынес решение в пользу Ананта-Васудевы, но Верховный суд постановил, что две трети собственности матха принадлежат Кунджавихари, а Васудеве - только одна треть. Несмотря на это, сторонников у него было больше - им казалось, что Васудева более решительно настроен восстановить проповедь Гаудия-Матха. Но вскоре Васудева нарушил строгие принципы санньясы и сбежал с женщиной, а группа его последователей распалась на мелкие группировки.

Большинство санньяси продолжали соблюдать принципы, но многие из них, возмущенные происходящим, вышли из состава обеих фракций. Каждый из них учредил свой ашрам: "Миссия Гаудия", "Чайтанья-Гаудия-Матх" и другие. Гаудия-Матх - единая организация, миссия с филиалами по всей Индии, состоящая из многочисленных храмов, нескольких типографий и сотен преданных, работавших сообща под единым руководством, - прекратила свое существование. Ученики продолжали следовать наставлениям Господа Чайтаньи Махапрабху, полученными от Шрилы Бхактисиддханты, но, разделившись, утратили былую силу. Иллюзия престижа и обладания собственностью вытеснили наказ духовного учителя, и дело Шрилы Бхактисиддханты - всемирное движение проповеди учения Господа Чайтаньи - было развалено.

* * *

Где бы Абхай ни оказался, он, казалось, притягивал к себе духовных братьев. Несколько последователей Шридхары Махараджа - того самого Шридхары, с которым Абхай сотрудничал в Бомбее и к которому всегда относился как к хорошему преданному и ученому, - встретили Абхая около его дома на улице Банерджи, а затем рассказали об этой встрече Шридхаре Махарадже, который в то время жил в своем ашраме, в Майяпуре. Шридхара Махараджа не участвовал в "войне" Гаудия-Матха, но, будучи санньяси, по-прежнему проповедовал и занимался изданием вайшнавской литературы. Он хотел открыть ашрам в Калькутте и для этой цели за двадцать рупий в месяц арендовал у Абхая четыре комнаты на втором этаже дома №7, над химической лабораторией.

Теперь, когда Шридхара Махараджа, Пури Махараджа и Бхактисаранга Махараджа приезжали в Калькутту, они устраивались в своих отдельных комнатках. В новом ашраме начали регулярно останавливаться и брахмачари, и санньяси, а Шридхара Махараджа повесил на фасаде вывеску: "Девананда-Сарасвати-Матх".

Открытие нового матха в Майяпуре и его филиала в Калькутте было ответом Шридхары Махараджи на раскол в Гаудия-Матхе. Как и другие санньяси, он давал посвящение ученикам и проповедовал, не ожидая исхода судебного разбирательства, с его бесконечными апелляциями и встречными исками. Абхай был рад помочь Шридхаре Махарадже и другим - всем, кто присоединялся к нему в новом маленьком ашраме. Здесь и сам Абхай, и Шридхара Махараджа со своими последователями могли оставаться в стороне от войны в Гаудия-Матхе и сообща воплощать в жизнь планы распространения сознания Кришны.

Санньяси готовили на отдельной кухне, сами проводили пуджу, пели утренние и вечерние киртаны и читали лекции. Абхай жил с семьей, принимал свою пищу и проводил свою пуджу, но теперь он мог часто ходить обсуждать "Шримад-Бхагаватам" со Шридхарой Махараджей. С крыши дома Абхая был виден шпиль построенного духовным лидером Гаудия-Матха здания на Багхбазаре, за которое сейчас ожесточенно бились враждующие группировки.

Нередко Абхай ходил со Шридхарой Махараджей и его помощниками на проповеднические программы, где играл на мриданге. А когда Шридхара Махараджа болел, Абхай сам водил преданных на проповедь, сам вел киртану, играл на мриданге и давал лекции по Бхагаватам.

Шридхара Махараджа: Мы не видели, чтобы Абхай тратил все силы на зарабатывание денег. Ничто не указывало на то, что он очень богат или имеет много свободных средств. Его больше интересовали духовные отношения, нежели семья. Со мной он никогда не обсуждал свои дела - хорошо они идут или плохо, собирается ли он предпринять то или это. С финансовой точки зрения, у него было не так много средств, чтобы жертвовать их миссии.

* * *

Абхай серьезно задумывался над тем, что ему нужно начать писать вайшнавские книги. Тогда, в 1935, его духовный учитель, похоже, был очень этим доволен и даже сказал редактору "Хармониста": "Печатайте все, что он напишет". А если удастся увеличить прибыль от бизнеса, ее можно вложить в печатание книг на английском языке, как сказал духовный учитель... "Если у тебя когда-нибудь будут деньги, печатай книги". Гаудия-Матх, вне всякого сомнения, сейчас не будет этим заниматься - Кунджавихари продал печатные станки Бхактисиддханты, намереваясь покрыть судебные издержки. Абхаю приходилось рассчитывать только на себя - поддерживать свой бизнес, одновременно стараясь и писать, и печатать. Шрила Бхактисиддханта советовал то же самое: "Пусть он лучше живет отдельно от вас. Придет время, и он сам все сделает ".

В 1939 году Абхай написал "Введение в Гитопанишад". Это был всего лишь короткий очерк, однако в нем угадывалось желание Абхая когда-нибудь перевести "Бхагавадгиту" на английский и написать к ней комментарии. Конечно, "Гиту" уже не раз комментировали на английском, но авторы комментариев в большинстве своем были либо имперсоналистами, либо были не в силах передать изначальный дух "Бхагавадгиты" - дух Арджуны, выслушивающего "Гиту" непосредственно от Господа Кришны, на поле битвы Курукшетра. Но Абхай знал, что можно представить "Бхагавадгиту" в правильном свете, написав к ней английский комментарий, основанный на учении Господа Чайтаньи и идущей от Него ученической преемственности. И он приступил к этой работе. Каждую свободную минуту он писал. И хотя в его построении английских фраз строгий грамматик мог бы найти ошибки, смысл их всегда оставалось ясным.

В своем "Введении" Абхай вспомнил случай, как однажды, будучи еще школьником, посетил лекцию под названием "Видья-ратна - драгоценный камень образования". Это была лекция о том, что Бога нет и быть не может. Ведь если бы Бог был, Он, несомненно, низошел бы на Землю, чтобы положить конец всякой религиозной вражде; но поскольку Он не сделал человеку такого одолжения, мы должны раз и навсегда выбросить из головы мысль о Его существовании. Молодые ребята, из которых целиком состояла аудитория, особо не вникали в суть сказанного, но, впечатленные аргументами, "вынесли с лекции высокомерные идеи безбожия и в дальнейшем уже самостоятельно стали агностиками ". Абхая не удовлетворял вывод агностиков, поскольку он "был воспитан отцом как преданный Шри Шри Радха-Говинды".

"Но после той лекции на тему видья-ратны я пережил внутренний конфликт между агностицизмом и существованием Бога". Уже потом, слушая духовного учителя, Абхай осознал, что Личность Бога присутствует везде, во всех сферах человеческой жизни. "Но у нас нет глаз, чтобы увидеть Его, - писал Абхай. - Даже если Господь придет на землю, ссорящиеся материалисты по невежеству своему не прекратят сражаться и никогда не обратят свои взоры на Господа или Его представителя. Таково, по милости Господа, неоспоримое право каждой индивидуальной души ".

"Бхагавадгита" - вот истинный "драгоценный камень образования". А в ней Господь Кришна говорит всем враждующим на Земле: "Я здесь. Не ссорьтесь". Агностик, который говорил о "драгоценном камне образования", был ослеплен этим драгоценным камнем - потому и не смог увидеть и оценить Верховную Личность, Бога. Поэтому он так и убеждал других - тоже стать "драгоценными камнями".

Следуя своему духовному учителю, Абхай проявлял такую же непримиримость ко всем противникам чистого теизма. Он давал не просто нейтральные научные описания; он стремился и был готов сражаться с кем угодно - будь то современные агностики или старый, закоренелый враг вайшнавизма - имперсонализм майявады.

Лишь немногие философы призывали на путь преданности Господу Кришне, описанный в "Бхагавадгите", однако почти все признавали, что в ней изложена суть всего знания. Поэтому "Гита" была совершенным оружием в войне с теми, кто искажал представления о Боге и религии. Гита бросала "вызов агностикам, поклонникам самозваных богов, антропоморфистам, имперсоналистам, генотеистам (поклоняющимся нации как богу), пантеистам и последователям абсолютного монизма". Хотя существовало более шестисот комментариев к "Бхагавадгите", все они были написаны людьми, "в глубине сердца ненавидящими Личность Бога", поэтому такие комментарии нельзя было считать совершенными. "Такие завистники, - писал Абхай, - не могут получить доступ к истинному смыслу "Бхагавадгиты", подобно тому, как муха не может проникнуть в закрытую банку с медом".

Абхай писал, что индийская культура подобна океану, который почти непреодолим из-за глубины мысли и кажущейся эклектичности выводов. "Но в этой книге, - заявлял Абхай, - опираясь на свидетельства Писаний, служащие историческим документом индийской культуры и мышления, я докажу, что Кришна - Верховная Личность, Бог ".

Санньяси с Банерджи-Лэйн, 7 были поражены глубиной мысли и размахом замыслов Абхая. Достойнейших вайшнавов было принято награждать титулом в соответствии с качествами, и Бхактисаранга Госвами предложил дать Абхаю титул "Бхактисиддханта". Но Шридхара Махараджа возразил, что не совсем правильно давать Абхаю тот же титул, который носил их духовный учитель, и предложил заменить его именем "Бхактиведанта" - "бхакти" означает "преданность", а "веданта" - "конечный вывод всего знания". Абхай был очень признателен. Новое имя сочетало в себе преданность религии с приверженностью строжайшей философии, низошедшей через ученых - последователей Господа Чайтаньи. Он по достоинству оценил искренний жест духовных братьев и принял этот титул как еще одно обязательство на своем духовном пути проповеди Сознания Кришны.

Он продолжал регулярно встречаться со Шридхарой Махараджей и обсуждать с ним "Шримад-Бхагаватам". Абхай старался вдохновить его на более широкую проповедь, но Шридхара Махарадж по природе своей был ученым, а не проповедником. Несколько раз Абхай пытался уговорить Шридхару Махараджа сходить вместе с ним к Ганди и Неру, чтобы спросить их, почему они не следуют принципам "Бхагавадгиты".

Другим результатом духовного общения на Банерджи-Лэйн, 7 стала книга "Прапанна-дживанамрита", составленная Шридхарой Махараджем. Собрание стихов из различных вайшнавских Писаний, включая выдержки из работ Рупы Госвами, было разделено на шесть частей, соответственно шести стадиям предания себя Кришне. Абхай вместе с санньяси Девананда-Гаудия-Матха финансировал издание этой книги. Так, благодаря совместным усилиям друзей, она в конце концов была опубликована.

3 сентября 1939 года.

Лорд Линлисгоу, вице-король Индии, объявил, что Индия находится в состоянии войны с Германией. Так, не посоветовавшись ни с кем из индусов, Англия втянула Индию в войну. Хотя Индия, стремящаяся к независимости, была возмущена столь жестким проявлением иностранного владычества, война вызывала смешанные чувства. Индия желала независимости, но симпатизировала борьбе союзников против фашизма на Западе и боялась нападения имперской Японии с Востока.

- Вы так ненавидите Англию, - спросил один писатель простого студента в Нью-Дели - а хотели бы вы, чтобы Япония вторглась в Индию и захватила ее?

- Нет, - ответил студент - но индийцы молят Бога дать британцам достаточно сил, чтобы выстоять под ударами, которые они заслужили.

Хотя к началу войны в вооруженных силах Индии состояло всего сто семьдесят пять тысяч человек, англичане сумели увеличить число индийских солдат до двух миллионов. Всеобщей мобилизации не было, но, чтобы завербовать как можно больше людей, англичане разослали своих представителей по всей Индии, особенно в Пенджаб, где военная служба казалась очень заманчивым предложением для местных бедняков. Жители Пенджаба слыли хорошими воинами, в то время как бенгальцы обычно поступали на военную службу офицерами, врачами, переговорщиками или же чиновниками. Индийских солдат посылали на поля сражений в Египет, Ирак, Сирию, Персию, Малайю, Бирму и Ассам.

Пока англичане пытались мобилизовать индийцев на войну, националистическое движение, которое на протяжении последних двадцати лет время от времени давало о себе знать, набрало очень большую силу. Члены партии Конгресса отказывались принимать какое бы то ни было участие в военной политике и требовали дать Индии гарантии независимости. Появилось мнение, что сейчас, когда Англия переключила все внимание на войну с Германией, настало самое подходящее время для восстания и завоевания независимости при помощи силы. Ганди сохранял абсолютную приверженность пацифизму и был против того, чтобы индийцы брались за оружие, даже во имя защиты Индии, но к 1942 году он стал гораздо более непримиримым, и теперь его политика по отношению к Британии выражалась просто и недвусмысленно: "Вон из Индии!" Тысячи индийцев откликнулись на его призыв, скандируя лозунги на улицах и разрушая железнодорожные пути.

Субхас Чандра Бозе, бывший школьный товарищ Абхая, тоже боролся против англичан, но делал это по-своему. В Германии он вступил в переговоры с Гитлером, желая добиться, чтобы всех индийских солдат, попавших в плен к немцам, переправляли к нему. Бозе хотел сформировать из них собственную национальную армию, вернуться с ней в Индию и изгнать британцев с индийской земли. Но, не добившись успеха в Германии, он заключил подобный договор с Тоджо, в Японии, и вскоре тысячи лучших индийских воинов - гуркхов и сикхов - бежали из рядов британской армии, чтобы стать воинами-освободителями Бозе в Сингапуре. Бозе начал готовить свою армию для захвата Индии с севера.

В 1943 году, англичане обнаружили, что японцы уже заняли Бирму, и теперь стоят на подступах к Индии с востока, со стороны Бенгалии. Следуя своей тактике, носившей название "политики отказа", англичане потопили множество индийских судов, перевозивших продукты питания, и уничтожили большие плантации риса, опасаясь, что они попадут в руки противника. В результате местные жители остались без пищи и лишились кораблей, столь необходимых для торговли. В Бенгалии разразился небывалый за последние сто пятьдесят лет голод. Правительство сняло всякие ограничения цен на пищевые продукты, и те, кто не мог позволить себе покупать пищу за баснословные деньги, умирали на улицах Калькутты.

Шрила Прабхупада: Я пережил это - правительство создало искусственный голод. Шла война, и политика господина Черчилля состояла в том, чтобы обречь людей на нужду и заставить добровольно идти в солдаты. И он это сделал. Чиновники скупили рис. Прежде рис продавался по цене шесть рупий за меру, но неожиданно, цены поднялись до пятидесяти рупий. Я делал покупки в бакалейной лавке, и вдруг бакалейщик сказал: "Нет, нет. Я больше не продаю!" На тот момент рис был по шесть рупий за меру. Но внезапно он прекратил продажу. А через несколько часов я вернулся, и цена уже поднялась до пятидесяти рупий.

Правительственные агенты начали скупать рис и другие продукты первой необходимости. Они могли выставлять любую цену, так как в их руках были все финансы. Они могли напечатать так называемые банкноты, сотню долларов, и заплатить. Человек радуется: "О, у меня есть сто долларов" - а на самом деле это всего лишь бумажка.

Такова была политика. "У тебя нет денег, нет риса? Что ж, есть другой путь - стань солдатом! Ты получишь много денег!" И бедность заставляла людей записываться в армию. Я видел это. На рынке невозможно было купить рис. И люди голодали. Они умирали.

Абхаю удавалось купить ровно столько, сколько хватало семье, чтобы выжить. Но он видел, как стремительно растет число нищих. В течение многих месяцев он наблюдал, как тротуары и пустыри наполнялись бедняками, которые готовили пищу на импровизированных печках и спали под открытым небом или под деревьями. Он видел голодных детей, роющихся в мусорных баках в поисках горстки съестного. Еще немного - и они готовы были подраться с собаками за порцию отбросов, и такие драки тоже стали привычной сценой на улицах Калькутты. И время, и силы англичан уходили только на войну. А спасали они только тех, кто представлял ценность для войны. Всем остальным Империя предлагала только одно - умирать от голода.

Шрила Прабхупада: Один американец, живший в то время в Индии, заметил: "Люди голодают. В нашей стране давно бы уже устроили революцию". Да, но люди в Индии так воспитаны, что несмотря на искусственный голод, не опускаются до воровства. Люди умирали, но все равно думали: "Что ж, это нам послано Богом". Таков основной принцип ведической цивилизации.

Абхай знал, что если следовать законам природы, то голода не будет: по замыслу Бога земля может дать людям достаточно пищи. Вся проблема в алчности.

- В мире нет ни в чем недостатка, - говорил Шрила Бхактисиддханта Сарасвати, - не хватает только сознания Кришны.

Именно так Абхай смотрел на голод 1943 года. Теперь, как никогда, был актуален духовный взгляд на вещи: сознание Кришны - первая необходимость. Как же иначе можно остановить порочную склонность человека быть жадным, прятать добро, воевать - наклонности, которые заставляют страдать миллионы людей?

Он видел гнусные дела англичан в Индии: они отрезали большие пальцы на руках ткачей, чтобы индийская домотканая хлопковая одежда не могла конкурировать с зарубежной, они расстреливали невинных, безоружных граждан, они создали искусственный голод, они распространяли миф о примитивности индийской цивилизации. Но Абхай не верил, что при независимом индийском правительстве будет намного лучше. Ни Ганди, ни Субхас-Чандра Бозе, ни любые другие лидеры, лишенные сознания Кришны, не смогут предложить никаких истинно ценных решений; они будут принимать только временные меры. Не повинуясь законам Бога, изложенным в Писаниях и в наставлениях мудрецов, любое правительство лишь увеличит страдания человечества.

Вскоре в Калькутте начались ежедневные бомбежки. Бомбили отдельные районы: порт в Киттапуре и Шьяма-Базар в северной части города, неподалеку от дома Абхая на улице Сита-Канта-Банерджи. Американские самолеты взлетали с аэродромов Калькутты, чтобы бомбить Китай и Японию, поэтому воздушные налеты на Калькутту были неизбежным возмездием японцев.

Да, но так ли все было? Поговаривали, что город бомбит Субхас-Чандра Бозе, ведь бомбы летели главным образом на европейские кварталы. Но для жителей Калькутты было неважно, кто именно на них нападает. После первой же бомбежки люди были эвакуированы из города. Светомаскировка была обязательной, и по ночам весь город погружался во тьму.

Шрила Прабхупада: Вся Калькутта опустела. Скорее всего, остался только я и еще несколько человек. Сыновей я отправил в Навадвипу, а дочь, разумеется, была замужем. Жена отказалась уезжать из Калькутты. Она сказала: "Пусть на меня упадет бомба, но я никуда не поеду". Поэтому и мне пришлось оставаться. Всю ночь я наблюдал, как бомбили Калькутту. Я как раз ужинал, когда завыла сирена. В каждом доме было бомбоубежище. Я был голоден, поэтому сначала закончил ужин, а потом пошел в бомбоубежище, и тут началась бомбежка. Чии - кйам! Я сидел и думал, что это тоже Кришна, но только в другой форме. Эта форма казалась мне не очень привлекательной.

* * *

Среди всех этих бедствий, Абхай как никогда чувствовал необходимость проповедовать сознание Кришны. Ему было что сказать измученному войной населению Земли, и он мечтал о более эффективной форме проповеди - каком-нибудь печатном издании, в котором он мог представить проблемы мира в свете Священных Писаний, так же смело, как это делал его духовный учитель. Недостатка в идеях не было, и деньги от своего бизнеса он откладывал именно на это.

Но как мог он решиться на выпуск своего журнала, если даже ученые санньяси, старшие ученики Шрилы Бхактисиддханты, этого не делали. Он никогда не считал себя более ученым, чем духовные братья. Хотя его и называли Кави и даже Бхактиведантой, никто не ожидал, что грихастха возьмет на себя такую инициативу и начнет издавать собственный журнал.

Но времена изменились. Английский журнал "Хармонист" не выходил с тех пор, как Шрила Бхактисиддханта оставил этот мир. Прошло почти десять лет, а Гаудия-Матх по-прежнему был слишком занят сражениями в суде, чтобы думать о проповеди. В Гаудия-Матхе давно уже не было того неутомимого духа, благодаря которому десять лет подряд издавалась ежедневная газета "Надия-Пракаш". Не было и четырех типографий, печатавших книги на духовные темы под руководством Бхактисиддханты Сарасвати, уполномоченного парампарой сына Тхакура Бхактивиноды, - Кунджавихари продал печатные станки. Времена изменились. Гаудия-Матх боролся за здания, а непреданные тем временем убивали друг друга в мировой войне.

В своей гостиной на первом этаже дома №6 по Сита-Канта-Баннерджи, Абхай размышлял, писал, редактировал и печатал на машинке статьи для журнала. Он придумал эмблему - вытянутый прямоугольник в верхней части страницы; в левом верхнем углу изображение Господа Чайтаньи, сияющего, словно Солнце, а справа, в нижней части - силуэты людей, стремящихся выйти из тьмы на этот свет. Между Господом Чайтаньей и людьми, развернутое, как транспарант, название - "НАЗАД К БОГУ". В нижнем правом углу он поместил изображение Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати, сосредоточенно работающего над книгой. Над заголовком Абхай написал девиз "Бог - Свет, невежество - тьма. Там, где есть Бог, нет места невежеству". Под эмблемой была следующая надпись:

ОСНОВАТЕЛЬ И ИЗДАТЕЛЬ

Господин АБХАЙ-ЧАРАН ДЭ

(По непосредственному указанию Его Божественной Милости Шри Шримад Бхакти Сиддханты Сарасвати Госвами Прабхупады).

У Абхая уже был небольшой издательский опыт, связанный с его бизнесом, поэтому, закончив работу над рукописью, он отнес ее в "Сарасвати Пресс", лучшую в Бенгалии типографию. Кроме того, он воспользовался услугами известной в Калькутте фирмы, занимающейся книготорговлей, - "Такер, Спинк и Ко", которая обязалась распространить журнал по книжным магазинам и библиотекам, в том числе и в нескольких странах за рубежом.

Но когда Абхай пошел закупать бумагу, то и тут столкнулся с правительственными ограничениями. Война вызвала дефицит бумаги, и правительство хотело разобраться, насколько необходимо нации то, что он написал; во время мирового кризиса обычная гражданская религиозная газета вряд ли могла быть признана предметом первой необходимости.

Не обременяя себя глубоким изучением написанного, правительственные чиновники сразу же отказали Абхаю. Но он не сдавался. Он просил их понять, что использовать бумагу для распространения учения Личности Бога в этой напряженной обстановке - дело полезное и своевременное, и в конце концов, разрешение на выпуск первого номера "Назад к Богу" - журнала на сорока четырех страницах - было получено.

Абхай Чаран приветствовал своих читателей объяснением девиза "Бог - это Свет, невежество - тьма". Когда человек забывает, что он сын Бога, и начинает считать свое тело собой, он впадает в невежество, уподобляясь тому, кто с интересом изучает устройство автомобиля, не обращая внимания на водителя.

В этом и заключается главный недостаток современной цивилизации. В действительности, это цивилизация невежества и иллюзии, и именно поэтому общество военизируется. Людей интересуют исключительно телесные удобства и все, что связано с телом, и никому нет дела до духа, приводящего тело в движение, хотя даже ребенку понятно, что без водителя механизм автомобиля практически бесполезен. Отсутствие этого знания - вопиющее невежество, которое породило опасную цивилизацию, принявшую форму милитаризма. Этот милитаризм, стыдливо называемый национализмом, создает препятствие для понимания человеческих отношений. Разный цвет одежды - не повод для войны. Поэтому понимание человеческих отношений не должно зависеть от принадлежности тела к определенной расе или от цвета одежды.

"НАЗАД К БОГУ" - скромная попытка автора, повинующегося Его Божественной Милости Шри Шримад Бхакти Сиддханте Сарасвати Госвами Прабхупаде, прославленному основателю и вдохновителю Гаудия-Матха, восстановить истинные отношения людей с Верховной Личностью, Богом. Руководители всех стран остро чувствуют безотлагательную необходимость в такой литературе, как эта, поэтому следующие утверждения сильно помогут в этом деле.

Шел 1944 год, и Абхай особо затрагивал тему мировой войны. Политики всего мира выражали возмущение по поводу страданий и нужды своих народов. После четырех лет войны, унесшей миллионы человеческих жизней, земля не сможет оправиться как минимум еще лет двадцать. И хотя ее конец был близок, лидеры демонстрировали не столько радость и надежду, сколько усталость и неуверенность. Даже если закончится эта война, не начнется ли сразу за ней следующая? Неужели люди еще не поняли, что нужно жить мирно?

Абхай процитировал архиепископа Индии: "Индия, ведомая Богом, может возвратить мир к благоразумию". Он цитировал президента Соединенных Штатов: "Следовательно, нельзя допустить остановки программы нравственного перевооружения, направленной на снижение опасности вооруженного конфликта. Для того, чтобы такое нравственное перевооружение было действительно эффективно, ему необходимо оказывать поддержку в мировом масштабе". Абхай упомянул также предыдущего президента, Герберта Гувера, утверждавшего, что мир нужно вернуть к нравственным и духовным идеалам, и процитировал резолюцию, вынесенную Британской палатой общин, о том, что духовные принципы являются наследием всего народа, и людям всех наций крайне необходимо принять верховную власть Бога. Он процитировал Венделя Уиллки, который, вернувшись из России, сообщил о том, что миллионы русских убиты, ранены или пропали без вести, а еще миллионы страдают от голода и брошены в застенки.

Страдания, подобные страданиям русских, - писал Абхай, - испытывают и другие народы; мы, индийцы, переживаем такую же нужду, нищету и испытываем такое же отвращение к войне.

Он привел слова английского министра иностранных дел, Энтони Идена, исполненные скорби и негодования по поводу страданий, принесенных войной. Он цитировал архиепископа Кентерберийского:

Повсюду на земле люди стремятся избавиться от проклятия войны и отдохнуть от жестокости и лишений, в мире, где больше не стреляют. Но часто люди хотят получить райское царство без царя. Царство Бога без Бога. Но это невозможно.

МЫ ДОЛЖНЫ ПРИНЯТЬ ТВЕРДОЕ РЕШЕНИЕ ВЕРНУТЬСЯ НАЗАД К БОГУ. Мы строим планы мирного сосуществования наций, гражданской безопасности. Это оправданно, и пренебрегать этим было бы ошибкой. Но все наши планы будут разбиваться о скалу человеческого эгоизма, пока мы не повернемся к Богу. НАЗАД К БОГУ, - вот главная потребность Англии и любой другой нации.

Он также привел слова сэра Френсиса Янгхасбенда:

Теперь, когда повсюду религия подвергается жестоким нападкам, мы смотрим на Индию, саму обитель религии, ожидая знака оттуда.

А в конце Абхай процитировал сэра Сарвапалли Радхакришнана:

"Эта война, даже в случае победы, станет благодатной почвой для других войн, если не будет сохранен мир. Сохранить же мир можно лишь в том случае, если "сильные" державы перестанут гордиться и выставлять напоказ свои богатства, нажитые за счет эксплуатации "слабых" наций". Возможно, именно это имел в виду сэр Хакорт Батлер, когда говорил, что спасение мировых цивилизаций зиждется на принципах индуизма.

Другое высказывание доктора Радхакришнана Абхай использовал в качестве одного из девизов журнала:

Мы должны победить тиранию в сфере мышления и возродить на планете желание мира. Средства развития ума и воспитания человеческой природы должны быть направлены на формирование должного общественного мировоззрения, без которого от государственного аппарата не много проку.

Абхай выражал свою убежденность в том, что духовное богатство Индии может принести благо каждому, - не только в Индии, но и во всем мире.

Затем он рассказывал о том, что побудило его начать издавать журнал "Назад к Богу" - о том, как за две недели до ухода Шрила Бхактисиддханта Сарасвати написал ему письмо, где дал наставление проповедовать на английском языке.

В этих обстоятельствах, начиная с 1936 года, я просто думал, смогу ли я отважиться на выполнение этой трудной задачи, не имея, к тому же, ни средств, ни способностей. Но так как это не испугало меня, я нашел в себе силы взяться за работу. Сейчас моя совесть требует, чтобы я приступил к работе, хотя сложности, сопутствующие войне, еще не закончились.

Абхай утверждал, что газета эта будет содержать исключительно духовное послание великих мудрецов Индии (особенно Господа Чайтаньи), и что его, издателя, долг - просто повторять это послание, как делает переводчик. Он не будет ничего выдумывать, и поэтому слова его будут лишь передавать духовный звук, направляющий людей назад к Богу. Он признавал, что темы, освещаемые в журнале, принадлежат к совершенно иной сфере сознания, и потому могут показаться его читателям несколько скучными, но уверял, что всякий, кто со вниманием отнесется к ним, получит благо:

Сахарный леденец кажется горьким больному желтухой, но при этом сахар для него - лекарство. Если пациент продолжает регулярно принимать леденцы в качестве лекарства, его способность воспринимать сладкий вкус постепенно восстановится. Мы рекомендуем тот же метод читателям журнала "Назад к Богу".

Донести до людей вечное послание Вед - такую цель поставил перед собой Абхай, но делал он это в свете происходящего кризиса. В своем очерке "Бог и Его возможности" он, опираясь на Веды, логически объясняет, что трансцендентная к этому миру природа Бога и индивидуальных душ исполнена бессмертия, блаженства и знания. Люди забыли о своих отношениях с Богом, поэтому они никогда не найдут удовлетворения в материальном мире, - временном и полном неизбежных страданий. Каждое живое существо - душа, вечная по своей природе, и поэтому каждый пытается уйти от натиска непрекращающихся страданий и опасностей. Но страдания и, в конечном итоге, разрушение - удел материального тела.

Жители Калькутты покидают город и уходят в другие места из страха перед бомбежками японцев, - в основе этого лежит все та же тенденция стремления к вечности. Но беглецы, увы, не думают о том, что, даже убежав из Калькутты и защитив себя от налетов японских бомбардировщиков, они не смогут защитить свои тела от тройственной "бомбежки" материальной природы ни в одном другом месте материальной вселенной.

Также и японцы, угрожающие жителям Калькутты беспощадными атаками с воздуха, с желанием за счет отвоеванных территорий приумножить свое счастье, не видят, что это счастье тоже временно и бренно - и с этим они уже неоднократно сталкивались у себя на родине. Но с другой стороны, живые существа, которые подвергаются нападению, по природе своей вечны, неуязвимы, невидимы и т.д. Поэтому, все живые существа, как жертвы нападения, так и нападающие, находятся во власти Майи и, следовательно, во тьме.

Абхай писал, что, до тех пор, пока люди полагаются только на себя, им не избежать уничтожения. Множество мировых лидеров пытались избавить человечество от войн, но все их попытки были бесполезны, ибо опирались на материальные представления о жизни. Их действия похожи на попытки рассеять тьму тьмой; тогда как тьму можно победить только светом.

Без света любые измышления человеческого ума (который также всего лишь творение материальной природы) никогда не вернут живым существам вечное счастье. В их тьме любая попытка создать мир на земле может принести только временное облегчение: мы наблюдаем это во всем творении Внешней Энергии. Во тьме ненасилие столь же бесполезно, сколь и насилие, тогда как в мире света нет нужды ни в насилии, ни в ненасилии.

Абхай говорил не только о войне. В статье "Теософия приводит к вайшнавизму", он выявлял недостатки модных в то время идей теософии, которую распространяли в Индии последователи мадам Блаватской.

В статье "Совместное пение" он рассказывал о содержащемся в Священных Писаниях предсказании того, что движение санкиртаны Господа Чайтаньи распространится по всей планете, в каждом городе и деревне.

Опираясь на это предсказание, мы можем надеяться, что культ санкиртаны в скором времени примет форму вселенского религиозного движения, и эта вселенская религия, - в которой никто не препятствует пению Имени Бога и где нет места ссорам, - будет существовать в течение многих лет, как говорится на страницах авторитетных Писаний.

Но вполне очевидно, что центральной темой журнала "Назад к Богу" был приказ Бхактисиддханты Сарасвати. И на обложке журнала, где был изображен погруженный в размышления Шрила Бхактисиддханта, и в "Посвящении", и в рассказе о цели издания, и в описании мировых проблем, и в анализе теософии, и в предсказании о распространении санкиртаны - по всему, чего бы ни касался автор, красной нитью проходило указание Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати.

В журнале были также напечатаны четыре статьи других авторов, включая Бхактисарангу Госвами.

На задней обложке Абхай разместил рекламу:

"ГИТОПАНИШАД" АБХАЯ-ЧАРАНА ДЭ,

Редактора и основателя "Назад к Богу"

В трех частях, 1200 страниц, большого формата

САФЬЯНОВЫЙ ПЕРЕПЛЕТ ПРЕВОСХОДНОГО КАЧЕСТВА

"Подробное изложение всемирно известной индийской философии - "Бхагабат Гита" - с авторитетным научным теистическим комментарием цепи учителей: Шри Кришна, Брахма, Нарада, Вьяса, Мадхва, Мадхабендра Пури, Ишвара, Господь Чайтанья, Рупа Госвами, Джива Госвами, Кришнадас, Нароттама, Бисванатх, Валадева, Джаганнатх, Тхакур Бхакти Винодэ, Гоур Кишорэ, Тхакур Сиддханта Сарасвати и автор комментария.

С многочисленными цветными и черно-белыми иллюстрациями из различных подлинных Священных книг.

Книга будет опубликована в ближайшее время. Подписчикам предпочтение при заказе.

Цена: 18 индийских рупий или 1 фунт 10 шиллингов".

Вторая значительная работа, "Господь Чайтанья", предполагалась в двух частях и должна была содержать в общей сложности тысячу страниц. Обе книги были далеки от завершения, но Абхай выражал свое горячее желание взяться за эти серьезные труды от имени своего духовного учителя.

При попытке напечатать второй номер "Назад к Богу", Абхай столкнулся все с той же проблемой: дважды он просил разрешения купить газетную бумагу, и оба раза правительство отклоняло его просьбу. Из-за войны продажа бумаги была ограничена. Десятого июля 1944 года Абхай написал третье письмо.

С должным почтением, я прошу Вас учесть, что к изданию журнала "Назад к Богу" я приступил по указанию Его Божественной Милости, Шри Шримад Бхакти Сиддханты Сарасвати Махараджа, духовного учителя гаудия-вайшнавов. Само название журнала говорит о необходимости начать его издание сейчас, посреди смятения, которое переживает весь мир. Я прилагаю к письму экземпляр журнала и прошу Вас внимательно его прочесть. В нем вы найдете мнения многих известных политических деятелей разных стран в поддержку движения, способного вернуть мир на путь благоразумия через развитие мышления и воспитание природы человека, что должно поднять его на уровень незыблемой духовности, каковой считается высшей потребностью рода человеческого. Я надеюсь, что вы любезно выберете время, чтобы просмотреть журнал, причем я особенно хотел бы обратить ваше внимание на введение.

Абхай также отметил, что редакционная коллегия журнала "Назад к Богу" ощущает в Индии дефицит не столько бумаги, сколько образования. Воспользовавшись возможностью проповеди, Абхай объяснил, что, в конечном итоге, все в этом мире принадлежит Богу, но безбожники считают владельцами всего себя.

Причиной нынешней катастрофы - войны за превосходство - является ложное чувство собственности, поэтому человеческое общество крайне нуждается в просвещении, чтобы восстановить понимание положения Всевышнего как единственного Владыки всего.

Абхай допускал, что в Индии, возможно, действительно не хватает бумаги. Но в древние времена просвещенные жители Индии регулярно проводили религиозные обряды, во время которых тонны драгоценного гхи и зерна предлагались жертвенному огню. И при этом никто ни в чем не испытывал недостатка. А в наше время, отказавшись от жертвоприношений Верховному Господу, люди постоянно сталкиваются с тем или иным дефицитом.

Поэтому, учитывая, что столько бумаги тратится попусту, не могли бы вы пожертвовать несколькими пачками бумаги для того, чтобы принести великое благо человечеству? Я прошу правительство рассмотреть мою просьбу в свете духовного понимания, неподвластного материальному расчету. Даже в Великобритании правительство оказало огромную поддержку подобному движению под названием "Движение за нравственное перевооружение", не принимая во внимание проблему дефицита бумаги, которая в Англии стоит еще острее, чем здесь.

Пусть бумаги хватит только на одну полосу "Назад к Богу", я согласен. Но я обращаюсь с горячей просьбой к правительству - не допустить, чтобы прекратилось обсуждение важнейших тем, ради которого и издается мой журнал "Назад к Богу". Поэтому я смиренно прошу вас серьезно рассмотреть этот вопрос и позволить мне начать, во имя человечества и Бога, хотя бы с одной страницы в неделю или в месяц, как вы сочтете нужным, не считая это напрасным расходом бумаги.

Письмо подействовало. Второй номер своего журнала Абхай несколько саркастически озаглавил: "Спасибо правительству Индии". Он сообщал читателям (многие из которых были огорчены тем, что правительство сократило тираж), что журнал будет издаваться каждый месяц. Абхай опубликовал свое письмо правительственному чиновнику, заведовавшему выдачей бумаги, а также ответ, дающий ему разрешение.

На этот раз статьи были короче. Являя талант газетного обозревателя, с философским критицизмом, живостью и оттенком иронии Абхай комментировал проблемы и высказывания мировых лидеров. Выпуск включал в себя следующие материалы : "Переговоры Ганди и Джинны", ""Гуманный мир" г-на Черчилля", ""Сердечное пожелание" Бернарда Шоу", и очерк "Стихийная любовь к Богу".

"Переговоры Ганди и Джинны": "Мы огорчены известиями о недавних неудавшихся переговорах Ганди и Джинны об объединении индийского народа".

Абхай был не слишком оптимистично настроен в отношении таких "эпизодических переговоров между главами общин". Даже если они придут к какому-то соглашению, оно, в конце концов, просто примет форму другой проблемы. Лидеры стремятся объединить индусов и мусульман, но в Европе по обеим сторонам баррикад стоят христиане, а в Азии - большей частью буддисты - но это не мешает им сражаться.

Итак, битвы будут продолжаться: индусы против мусульман, индусы против индусов, мусульмане против мусульман, христиане против христиан, буддисты против буддистов, и так до конца света.

До тех пор, пока будет сохраняться корыстное стремление к чувственному наслаждению, брат будет сражаться с братом, отец с сыном, нация с нацией - а настоящего единства можно достичь только на трансцендентном уровне служения Богу. "Махатма Ганди, - писал Абхай, - далеко не обычный человек, и мы очень чтим его". Но Абхай советовал Ганди оставить деятельность материального характера и подняться на духовный уровень - только тогда можно будет говорить об объединении всех людей. Абхай привел определение махатмы* из "Бхагавадгиты": это "тот, кто сосредоточил все свое внимание на служении Верховному Господу, Шри Кришне." Он попросил Махатму Ганди придерживаться учения "Бхагавадгиты" и проповедовать ее послание преданности Верховной Личности Бога, Шри Кришне. Только так, проповедуя послание Бхагавадгиты, Махатма Ганди благодаря своему влиятельному положению, может помочь всему миру.

""Гуманный мир" г-на Черчилля": "Нас радует то, что в наши дни главы политических партий мира, в частности, господин Черчилль, начали задумываться о человечестве и стремиться к избавлению от ужаса безумной национальной ненависти. Безумная ненависть - это оборотная сторона безумной любви. Безумная любовь, которую соотечественники Гитлера питают к нему, породила неизбежную, сопутствующую ей безумную ненависть к другим, и война - плод этой безумной двойственности под названием "любовь и ненависть". И если мы хотим избавиться от безумия ненависти, мы должны быть готовы избавиться и от безумия так называемой любви. Стабильного положения свободы от любви и ненависти можно достичь только тогда, когда люди получат необходимое знание.

Но до тех пор, пока люди не научились видеть в теле душу, двоякое безумие любви и ненависти будет продолжаться, и мир среди людей будет невозможен".

"Такой самоанализ, - заключает Абхай, - легок в служении Богу. Итак, "гуманный мир" г-на Черчилля подразумевает, что мы должны вернуться "Назад к Богу".

" "Сердечное пожелание" господина Бернарда Шоу":

Господин Бернард Шоу поздравил Махатму Ганди по случаю его семидесятишестилетия: "Я могу лишь пожелать, чтобы вместо семидесятишестилетия господин Ганди сегодня отмечал свое тридцатипятилетие". Мы сердечно присоединяемся к господину Шоу в его желании вычесть сорок один год из возраста Махатмы Ганди.

Но смерть не будет считаться с нашим "сердечным пожеланием". Ни господину Шоу, ни Махатме Ганди, никому другому никогда не решить проблему смерти.

Правители разных стран... открыли множество заводов по производству оружия, способного искусно убивать, но нигде нет завода, выпускающего оружие, способного защитить человека от жестоких лап смерти, хотя умирать никто не хочет.

Люди озабочены тем, где взять хлеб, хотя на самом деле эту проблему решит сама природа. Человек должен попытаться решить проблему смерти.

"Бхагавадгита" говорит нам, что проблема смерти разрешима. Хотя смерть в материальном мире царит повсюду, "тот, кто достигает Меня, - говорит Кришна, - никогда не родится вновь". Существует неразрушимый духовный мир, и тот, кто попадает туда, никогда больше не возвращается в обитель смерти. Почему же вожди наций так крепко держатся за эту планету, где они родились и где смерть неизбежна?"

"Мы желаем, - завершает Абхай, - чтобы в своем почтенном возрасте и господин Шоу, и Махатма Ганди приложили совместные усилия, чтобы научить людей, как вернуться домой, назад к Богу".

Издав два номера, Абхай был вынужден остановиться - печать стоила немалых денег. Но писать он продолжал регулярно, работая над "Гитопанишад", сочиняя новые статьи и составляя философские комментарии к священным текстам, причем писал он даже в книге для записи фармацевтических формул.

* * *

Однажды ночью Абхаю приснился странный сон. Перед ним появился Шрила Бхактисиддханта и жестом позвал его за собой. Он просил Абхая оставить дом и принять санньясу. Абхай проснулся, сильно потрясенный увиденным. "Какой ужас!" - подумал он. Он понимал, что то был не обычный сон, но просьба Гуру казалась ему слишком трудновыполнимой и неестественной. Принять санньясу! По крайней мере, сейчас он не мог этого сделать. Сейчас он должен наладить свой бизнес и на вырученные деньги печатать книги. Он продолжал выполнять свои обязанности, но потрясение от этого сна долго не покидало его.

* * *

В 1945 году война закончилась. Но Индия по-прежнему находилась под властью Британии. Абхаю представилась хорошая возможность сделать свой бизнес еще более успешным. В тысяче километров от Калькутты, в Лакнау, он арендовал здание, где открыл собственное предприятие "Абхай-Чаран Дэ и сыновья". Дело потребовало крупного начального капитала, сорок тысяч рупий, но предприятие Абхая выходило на более высокий уровень. Кроме того, по закону Абхай обязан был нанять трех правительственных инспекторов, чтобы доказать, что правильно использует химикаты и не участвует в операциях на черном рынке. Но, даже несмотря на высокие расходы, он хорошо зарекомендовал себя на рынке, и его продукция пользовалась большим спросом. Он закрыл все свои мелкие магазины в Калькутте и сосредоточился на бизнесе в Лакнау.

Здание, которое занял Абхай, было известно в народе как "дом с приведениями". Но его это не пугало. Однако, когда предприятие заработало, к нему стали подбегать испуганные работники : "Бабу, Бабу, там привидение!" Абхай прошел по всему зданию, повторяя "Харе Кришна", и после этого уже никто не жаловался на призраков.

Тринадцатого ноября Абхай написал своему слуге Гауранге о некоторых сложностях в Лакнау и попросил его приехать и помочь. В письме Абхай с горечью говорит о своей жене Радхарани и детях.

"Гауранга Прабху,

Пожалуйста, прими мои поклоны. Я получил твое письмо от седьмого ноября. У меня не было времени ответить сразу. Я живу здесь один, с несколькими служащими. Если я уеду, то мне придется все закрыть Один раз я уже уехал и закрыл бизнес, потеряв на этом 10000 рупий, при этом моя репутация тоже пострадала - у меня стало больше врагов. Вот почему мне приходится бороться и ставить на кон практически всю свою жизнь. Я здесь один посреди стольких проблем. Но это не зря. Вот почему я несколько раз писал тебе, чтобы ты приезжал. Как только ты получишь это письмо, покажи его Дубре. Возьми у него хотя бы десять рупий и приезжай. Когда ты приедешь, я отправлю деньги твоим родным. Какой смысл держать тебя там, оправдывая это тем, что кроме тебя некому готовить и прислуживать? Я уже столько служил им, нанимая слуг, служанок и поваров, но они по-прежнему не проявляют ни малейшей склонности к преданному служению. Поэтому все эти дела меня больше не интересуют. Приезжай сюда - и я поеду в Калькутту.

Только в том случае, если я увижу, что мои домочадцы заинтересованы в преданном служении, я буду продолжать их поддерживать. Если нет - я не стану больше их содержать. Привези мне плед.

Твой Абхай

Семья и проповедь вступили в конфликт. Журнал "Назад к Богу" не вызвал у Радхарани абсолютно никакого интереса. Она, казалось, делала все возможное, чтобы помешать Абхаю в издательской деятельности и в бизнесе. Его предприятие называлось "Абхай-Чаран Дэ и сыновья", но сыновья помогать ему тоже не собирались. А когда он попросил своего слугу приехать в Лакнау, чтобы помочь ему, семья выступила против, объяснив это тем, что им Гауранга был нужнее. Какой в этом был прок? Семья не поддерживала его в бизнесе и не соглашалась заниматься преданным служением. А так как бизнес предназначался главным образом для поддержания семьи, то, что он должен был посвящать этому столько сил, его возмущало. Старый экономический закон Маршалла, который Абхай усвоил еще в колледже, гласил: "Без семейных привязанностей у мужчины ослабевает экономический стимул".

Конечно, семейная жизнь и преданное служение могут прекрасно гармонировать друг с другом. Тхакур Бхактивинода описывает две параллельные обязанности: телесную и духовную. Общественное положение, умственное развитие, чистота, питание и борьба за существование - все это обязанности по отношению к телу; духовные обязанности - это деятельность в преданном служении Кришне. Эти обязанности должны выполняться параллельно. Для Тхакура Бхактивиноды семья была источником духовного вдохновения, и он использовал свое общественное положение, чтобы развивать проповедь.

А у Абхая все было по-другому. Казалось, что эти два пути вступили в противоборство, стремясь уничтожить друг друга. Он чувствовал, что поступает почти как те материалисты, которых он критиковал в своих работах, и которые просто борются за существование, не имея времени на самоосознание. Чем больше семья требовала от него, тем меньше он хотел для них работать, все более склоняясь к проповеди сознания Кришны. Вот в таком затруднительном положении он находился. Оставалось только одно: продолжать трудиться, чтобы поддерживать семью, развивать бизнес - и надеяться на большой успех, который позволит ему возобновить свою издательскую деятельность.

Однако предприятие в Лакнау оказалось ему не по плечу. Он целенаправленно начал крупное дело с целью получения большей прибыли, но расходы каждый месяц повышались - и в итоге он задолжал за аренду, из-за чего ему пришлось судиться с арендодателем. Хотя он регулярно ездил в Калькутту и каждый день отправлял оттуда сырье в Лакнау, семья не оказывала ему никакой поддержки. Слуга Абхая, Гауранга, также повиновался ему неохотно и подумывал вернуться к себе домой. Двадцать третьего ноября Абхай снова написал ему письмо.

Предлагаю свои смиренные поклоны стопам вайшнава. Гауранга Прабху, я получил твою открытку 18/11/45 и все понял. Нет необходимости приезжать сюда на месяц, тратить деньги, только затем, чтобы вернуться. Возьми у Дубры двадцать пять рупий и поезжай домой. Когда приедешь, напиши мне письмо, и я пошлю тебе остальные деньги одним или двумя денежными переводами. Тогда из дома ты мне сообщи, когда сможешь приехать сюда.

Я начал здесь свой бизнес с довольно большим размахом. Ты сам это видел. Если не будет прибыли, то кто будет оплачивать судебные тяжбы? Все приходится делать самому. Брат и сыновья просто едят и спят, сидя у меня на шее, как сборище баб.

Отправляйся домой, как только получишь деньги, и постарайся вернуться как можно скорее.

Твой Шри Абхай Чаран Дэ