tāḿ paraḿ samanudhyāyann
antaraḿ prepsur arjunaḥ
na lebhe śaḿ bhramac-cittaḥ
kāmenāti-balīyasā
Думая лишь о ней и ожидая, когда представится случай похитить ее, Арджуна не находил себе места. Охваченное страстным желанием, его сердце трепетало.
Даже когда Господь Баларама оказывал ему почести, Арджуна был слишком рассеян, чтобы оценить гостеприимство Господа. Рассеянность Арджуны и неспособность Господа Баларамы узнать его — все это устроил Сам Верховный Господь, чтобы насладиться Своими трансцендентными развлечениями.
