са тават тасйа руштасйа
дршти-патена бхарата
деха-дженагнина дагдхо
бхасма-сад абхават кшанат
сах — он, Калаявана; тават — так; тасйа — его (который проснулся); руштасйа — разгневанного; дршти — взгляда; патена — бросанием; бхарата — о потомок Бхараты; деха-джена — появившимся в его теле; агнина — огнем; дагдхах — сгоревший; бхасма-сат — дотла; абхават — он стал; кшанат — вмиг.
Того, кто испепелил Калаявану своим взглядом, звали Мучукунда. Впоследствии он объяснит Господу Кришне, что очень долго сражался, защищая полубогов, и в результате попросил у них разрешения спокойно спать, сколько ему захочется. В «Хари-вамше» говорится, что он заручился еще одним благословением: мгновенно уничтожить любого, кто потревожит его сон. Вишванатха Чакраварти Тхакур приводит следующий стих из «Хари-вамши»:
прасуптам бодхайед йо мам там дахейам ахам сурах чакшуша кродха-дйптена эвам аха пунах пунах
«Мучукунда говорил вновь и вновь: „О полубоги, пусть же глазами, горящими гневом, я смогу спалить любого, кто потревожит мой сон"».
Шрила Вишванатха Чакраварти объясняет, что Мучукунда выпросил это ужасное благословение, чтобы напугать Господа Индру.
Мучукунда думал, что Индра будет постоянно будить его и снова просить помощи в сражениях со своими космическими врагами. В «Шри Вишну-пуране» говорится, что Индра согласился выполнить просьбу Мучукунды:
прокташ на деваих самсуптам йас швам уттхапайишйати деха-дженагнина садйах са ту бхасмй-каришйати
«Полубоги сказали: „Кто бы ни разбудил тебя, тотчас сгорит дотла, объятый пламенем, вырвавшимся из его собственного тела"».