Между тем, лианы, точно подруги Радхики, сострадали Ее мучениям. Листья трепетали, будто от горя били себя в грудь. Птицы жалобно кричали, а цветы плакали медом. Когда лотосоокие гопи продолжали искать Кришну, идя по Его следам, они увидели свою несчастную подругу.

В полном одиночестве Радхика лежала на земле, утратившая сознание от разлуки со Своим возлюбленным. Казалось, это была молния, упавшая с ясного неба, или сияющий луч, который луна нечаянно обронила на землю. Радхика выглядела словно золотое ожерелье или драгоценные каменья, выпавшие из золотой короны трех миров. Она напоминала золотые россыпи, внезапно извергнутые из недр земли, самопроявленный кубок с благоуханной кункумой или красивый лотос на коленях богини вриндаванского леса. Радхика казалась стрелой из золотых цветов чампака, выпущенной Купидоном; тилакой из горочаны на лбу матери Земли; пламенем масляной лампы в доме лесной богини или небесной лианой, упавшей на Землю.

Увидев Радху, распростертую на земле, гопи сказали:

— Смотрите! Вон та гопи, с которой сын царя Вриндавана покинул нас, а теперь оставил и Ее. Устыдившись, что несправедливо обошелся с нами и отдал предпочтение Ей, Он исчез, оставив Ее одну, как молнию без тучи, свет без луны или сияние без драгоценного камня.

Сдавленным голосом Лалита и другие сакхи сказали:

— Если это правда, то как мог сын царя Вриндавана так жестоко обойтись с Ней, бросив Ее, как беспомощный нежный цветок апамарга, страдать в огне разлуки? Но разве это возможно, что Он оставил Ее одну? Однако кажется, что после долгих услад наша подруга просто повалилась от усталости на землю и теперь крепко спит. Должно быть, Кришна затаился где-то поблизости, забавляясь этой игрой. Хотя Он рядом, к своему несчастью мы не видим Его.

Одна из гопи сказала:

— Но если бы Он был рядом, мы бы почувствовали Его аромат.

— Возможно, заметив нас, Он поспешно покинул это место, — предположила Бхадра-сакхи.

— Но если это так, то почему Он не взял с Собой Свою любимую? — спросила Шьяма-сакхи.

—Заметив в Ней высокомерие и гордыню, наш возлюбленный покинул Ее! — пытаясь найти недостатки, сказала Чандравали.

— Этого не может быть, Он не настолько жесток и бессердечен, чтобы бросить Ее одну гореть в лесном пожаре разлуки, — ответила Шьяма-сакхи.

Не узнав Радху, лежащую на земле, одна из сакхи засомневалась:

— Мне кажется, это не Радха, ведь мы не видим рядом с Ней Кришну. Мы ошиблись, думая, что это Радха. Богиня Мадхури, покрывающая иллюзией этот мир, чтобы сокрушить нашу гордость, явилась сюда в этом привлекательном облике.

Сказав все это, гопи подошли ближе и снова заговорили:

— Это не Радхарани, ведь Она лежит там, как увядший лотос. И, кажется, что сердце у Нее совсем не бьется. Не воплощенная ли это каруна-раса (сострадание)? А может, это наша подруга Мурччха (обморок), разлученная с нашим возлюбленным?

Увидев приближающихся гопи, подруга Радхи, Мурччха, огорченная их появлением, покинула Радхарани. Подойдя ближе, гопи терялись в догадках, что же делать дальше. Как только Мурччха-деви исчезла, Радха, словно очнувшись от сна, не осознавая действительность, вскричала сдавленным голосом:

— О Говинда! Где Ты?

Затем Она огляделась и увидела Своих подруг.

Гопи сказали:

— Да, это действительно Радха!

Они обступили Радхику, испытывая смешанные чувства: радость, почтение, изумление и разочарование. Гопи казались молчаливыми лебедками, обступившими золотой лотос, или святыми реками, встретившимися с Гангой. Они напоминали составные части расы (вибхаву, анубхаву, саттвика-бхаву), объединившиеся со стхайи-бхавой, или все шрути, объединившиеся, чтобы создать семь нот. Гопи, обступивших Радхику, можно было сравнить с чувствами, переполнявшими человека от слушания прекрасной поэмы, с метафорами, используемыми в сравнениях, с птицами чакори, пьющими сияние луны, со стаей птиц, привлеченной благоухающим садом, или с лотосами, цветущими в озере.

Лалита принялась обмахивать Радху пучком свежих листьев, а другие гопи завязали Радхике волосы и вытерли слезы с Ее лица.

Чандравали обратилась к Радхе:

— Как же так случилось, что Ты попала в то же самое затруднение, что и мы? Где этот обманщик, что подверг наши жизни опасности?

Гопи из нейтральной группы, расположенные к Радхе, сказали с чувством дружелюбия:

— Кришна отверг нас из-за Тебя, а затем и Тебя оставил в этом уединенном месте. Однако наша боль разлуки уменьшилась, когда мы поняли, что Ты явилась причиной исчезновения Кришны. Но теперь наша боль разлуки удвоилась, когда мы умолк, то Он также бросил и Тебя. Нам невыносимо видеть Твои страдания.

Сторонницы Радхики сказали:

— О Сумукхи (ясноликая)! Нам все равно, что Ты скажешь или думаешь. Вся Вселенная знает Тебя как сокровищницу высших добродетелей. Всему миру известна Твоя несравненная любовь к Кришне.

Дханья-сакхи и другие гопи сказали:

— О Сумукхи! При виде Твоих мучений мы совсем позабыли о своих. Недаром говорится, что сильный яд разрушает действие слабого, который не могут нейтрализовать даже лекарства. О Радха, отчего Ты страдаешь?

Шьяма-гопи сказала:

— О сакхи! Зачем вы расспрашиваете Радху об этом? Это природа Ее непостижимой любви. Кто способен понять Ее любовь? Для тех, кто любит, этот яд подобен живительному нектару. Эта любовь одновременно несет мучительную боль и величайшее блаженство, она бросает в объятия смерти и возвращает к жизни.

Выслушав гопи, Радха была признательна им за их сострадание и рассказала все, что случилось с Ней. Проливая горькие слезы, Она, Сама не желая того, раскрыла Свое сердце, этот золотой сосуд премы. В великом изумлении гопи внимали Ей и ловили каждое Ее слово. Затем все гопи во главе с Радхой начали искать Кришну, сжигаемые пламенем разлуки с Ним. Они зашли в лес, насколько позволяло сияние луны. Но когда тьма окутала их, они потеряли надежду и решили вернуться.

Выходя из темного леса, гопи думали только о Кришне. И чтобы увидеть Его, они громко запели, прославляя трансцендентные качества Кришны. Потом они прекратили громко петь и только перешептывались о Нем. И вдруг жужжание пчел, возбужденных от благоухающего аромата, исходящего из уст Кришны, вывело гопи из транса любви.

Гопи снова вернулись на берег Ямуны. Идя вдоль берега, они пришли к песчаной отмели, сияющей, точно камфара. Там они сели вместе и запели о Кришне. Сладость их пения, суть любви в разлуке, могла расплавить каменное сердце и даже горы и вызвать жалость у деревьев и растений. Возможно ли описать эту сладость? Даже сама богиня красноречия не смогла бы этого сделать, поскольку от такой сладости ее голос бы задрожал. Как попугай бездумно повторяет слова человека, так и я повторяю слова Шукадевы.