йо ’сау твай кара-сароджа-хата патаго
дикшу бхраман бхрамата эджайате ’кшиӣ ме
мукта на те смараси вакра-джа-варӯтха
кашо ’нило харати лампаа эша нӣвӣм
йа — который; асау — тот; твай — тобой; кара-сароджа — лотосоподобной ладонью; хата — ударяемый; патага — мяч; дикшу — во все стороны; бхраман — двигающийся; бхрамата — неугомонный; эджайате — беспокоит; акшиӣ — глаза; ме — мои; муктам — на рассыпавшуюся; на — не; те — твою; смараси — обращаешь ли внимание; вакра — вьющихся; джа — волос; варӯтхам — копну; каша — лукавый; анила — ветер; харати — уносит; лампаа — словно сластолюбивый мужчина; эша — этот; нӣвӣм — одежду на нижней половине тела.
Пурвачитти играла с мячом, и казалось, будто она ловит цветок лотоса рукой, тоже похожей на лотос. Волосы играющей девушки разметались, а поясок все слабее удерживал ее одежды, как будто лукавый ветер пытался раздеть ее. Однако она нисколько не заботилась о том, чтобы привести в порядок свой наряд и прическу. Глаза Агнидхры, который сгорал от желания увидеть прекрасную Пурвачитти обнаженной, едва успевали за ее движениями.