Новый взгляд на эволюцию

Можно ли удовлетворительно объяснить происхождение видов на основе одних физических законов?

Фото:«ИСТОКИ» стр. 36-37:

 «Тела живых организмов представляют собой сложные системы из множества взаимодействующих частей. Для превращения одного вида в другой недостаточно просто постепенно изменить форму, как это сделал бы скульптор, чтобы создать ряд черепов, показанных здесь. Это требует скоординированных планомерных изменений, как это бывает при сборке новой электрической схемы на основе старой. Это ставит под сомнение саму идею эволюции путем постепенных видоизменений».

В настоящее время большинство людей безоговорочно принимают теорию о том, что человек произошел от животных в результате эволюции. Тот, кто придерживается иных взглядов, рискует прослыть безнадежным невеждой в этом вопросе.

Дарвин первым из ученых сформулировал правдоподобную гипотезу, которая объясняла происхождение многообразия форм жизни в окружающем нас мире. В соответствии с этой гипотезой, в основе эволюции лежат два принципа: изменчивость и естественный отбор. По предположению Дарвина, в процессе внутривидового размножения у отдельных особей появляются новые качества, в результате чего некоторые из представителей вида получают преимущество перед другими и имеют больше шансов выжить в данной среде обитания. Поэтому приобретенные ими качества закрепляются и передаются их потомкам. Со временем изменения в организмах становятся столь значительными, что появляется новый вид.

Со времен Дарвина представления о механизме изменчивости прошли определенную эволюцию. Современные дарвинисты считают, что за изменения, подлежащие естественному отбору, отвечают мутации в генах. (Сам Дарвин не знал генетики.) Эволюционисты описали различные типы генетической изменчивости: точечные мутации, генетическую рекомбинацию, произвольный дрейф генов и т.д., — однако все они подпадают под широкую категорию случайной изменчивости. Таким образом, по сей день естественный отбор считается единственным принципом, направляющим ход эволюции. Следовательно, сформулированные Дарвином принципы случайной изменчивости и естественного отбора по-прежнему являются основой эволюционных теорий.

«В настоящий момент не существует никаких оснований утверждать, что эволюция является единственным приемлемым объяснением существования многообразных форм на Земле».

Современные эволюционисты вполне могли бы подписаться под такими высказываниями Дарвина, как: «Я не вижу никаких причин сомневаться в том, что популяция медведей, вынужденная приспосабливаться к жизни в воде, в процессе естественного отбора будет постепенно приобретать все больше и больше повадок обитателей моря, что у каждого нового поколения будет увеличиваться пасть, так что, в конце концов, возникнет гигантский кит».[1] Или: «...что может помешать нам поверить в то, что потомки пингвинов, научившись сначала чуть-чуть подниматься над водой, подобно патагонским морским уткам, в конце концов, смогут оторваться от морской поверхности и воспарить в небо?»[2]

Для некоторых это звучит вполне правдоподобно — за миллионы лет медведь превращается в кита. Но произошло ли это в действительности? И, что еще важнее, существуют ли хоть какие-нибудь научные основания предполагать, что эволюция может протекать в соответствии с данной схемой, хотя бы теоретически? Объективный анализ фактов привел некоторых ученых к выводу, что ответ на оба этих вопроса однозначен — нет. В настоящий момент, как мы постараемся показать, не существует никаких оснований утверждать, что эволюция является единственным приемлемым объяснением существования многообразных форм жизни на Земле.

Многие люди считают, что единственной альтернативой дарвиновской эволюции является библейский креационизм. Однако это не так. Существуют и другие альтернативы, в том числе теория о вселенском творческом разуме, отличающаяся от ортодоксальной христианской концепции, и теория эволюции, отличная от теории Дарвина.

Несмотря на это, подавляющее большинство ученых готово до конца отстаивать теорию Дарвина, заранее отвергая любую альтернативную теорию. Они стараются всем внушить, что «эволюция — это не теория, а факт». Этот лозунг подразумевает, что эволюционная концепция разработана до такой степени, что ее уже нельзя считать просто теорией. На самом деле эта концепция едва ли может претендовать даже на то, чтобы называться настоящей теорией. Теория эволюции в ее нынешнем виде фактически не объясняет, в строго научном смысле этого слова, как один вид превращается в другой.

Когда ученые говорят об эволюции, они подразумевают, что все виды жизни, которые сегодня существуют на Земле, развились из единственного одноклеточного организма. При этом предполагается, что все многообразие форм жизни возникло в результате эволюционных процессов, в основе которых лежат законы физики, приложенные к объектам биологии и химии. Таким образом, в основе теории эволюции лежит все тот же универсальный стратегический подход современной науки: материалистический редукционизм. В данном случае феномен жизни сводится к химии, а химия — к физике. Считается, что для исчерпывающего объяснения механизма эволюции достаточно знания законов физики и химии и что все имеющиеся в нашем распоряжении данные подтверждают, что эволюция протекает именно так, как описано выше. Разумеется, такое объяснение полностью исключает участие разумного творца.

В своих публичных выступлениях эволюционисты неизменно рядятся в тогу поборников научной объективности и рыцарей разума. Они утверждают, что просто исследуют природу и что если факты приведут к выводам, отличным от тех, которых они сейчас придерживаются, то они готовы пересмотреть свои взгляды. Они не делают этого только потому, что располагают бесчисленными «неопровержимыми» доказательствами своих теорий. Как утверждает палеонтолог Н. Элдридж, один из самых горячих сторонников теории эволюции: «Эволюция — это такой же неопровержимый факт, как и то, что Земля круглая».[3] Но давайте посмотрим, действительно ли свидетельства в пользу теории эволюции так же неопровержимы, как и доказательства шарообразности Земли.

Сейчас можно с уверенностью говорить, что большинство обеспеченных людей могут на собственном опыте убедиться в том, что Земля круглая. Для этого им достаточно купить в ближайшем туристическом бюро авиабилет и отправиться в кругосветное путешествие. Вылетев, скажем, из Лос-Анджелеса, вы пересечете Тихий океан, пролетите над Азией и Европой и в конце концов достигнете восточного побережья Северной Америки, а спустя пять или шесть часов вернетесь в Лос-Анджелес. Если вы проделаете это, у вас будут все основания считать, что земля круглая. Кроме того, гипотеза о шарообразности Земли позволяет очень многое объяснить, например, почему на разных широтах солнце встает в разное время, почему происходит смена времен года и т.д. Исходя из этой гипотезы, можно делать очень точные предсказания, например, рассчитать время захода и восхода солнца в различных точках земного шара на месяцы и годы вперед.

Можно ли провести аналогичную проверку теории эволюции? Разумеется, если бы у нас была машина времени, с помощью которой мы могли бы перенестись на сотни миллионов лет в прошлое, сфотографировать рептилию из вида терапсидов, а затем через определенные промежутки времени фотографировать ее потомков, чтобы проследить, как она постепенно превращается в млекопитающее, в примата и наконец, в человека, это было бы достаточно весомым доказательством факта эволюции. Или если бы вам удалось предсказать с помощью этой теории, как будет выглядеть какое-либо современное животное через миллион лет, а затем перенестись в будущее на своей машине времени и проследить развитие этого вида, чтобы проверить свое предсказание, то это тоже было бы убедительным доказательством эволюционной теории. Конечно, просмотрев десятки красочных иллюстраций в учебниках биологии, некоторые люди могут подумать, что ученые и впрямь располагают машиной времени. В действительности же физические свидетельства о прошлом весьма фрагментарны, и ученые, реконструируя прошлое, опираются главным образом на свои теории и предположения. При отсутствии достоверных доказательств в пользу какой-либо одной теории, мы должны быть готовы объективно проанализировать все возможные теории. В настоящий момент теория эволюции не имеет достаточно доказательств, чтобы считаться единственно возможным объяснением причины возникновения многообразия видов.

Фото:«ИСТОКИ» стр. 38-39:

«Гипотеза эволюции предсказывает, что виды жизни можно классифицировать в иерархической последовательности, однако такая иерархия может быть и плодом деятельности разума».

Помимо бросающейся в глаза нехватки эмпирических подтверждений теории эволюции, сама по себе теория не настолько хорошо сформулирована, чтобы предоставить исследователю хоть какую-нибудь возможность доказать ее состоятельность. Любая корректная научная теория должна обладать предсказательной силой. Иначе говоря, оперируя основными положениями теории эволюции, ученый должен суметь «вывести на кончике пера» определенные явления окружающего мира. Но что же предсказывают эволюционисты? Известный эволюционист Н. Элдридж, пытаясь ответить на этот вопрос, выступает с двумя предсказаниями:

1) должна существовать иерархия биологических форм;

2) в недрах земли ископаемые останки биологических видов должны размещаться в определенном порядке, от более простых к более сложным.[4]

Понятно, что эволюционистам хотелось бы, чтобы их теория предсказывала иерархию форм, поскольку факт ее существования хорошо известен. Но любая гипотеза, признающая наличие плана творения, тоже способна на такое предсказание. Например, писатель обычно начинает работу над очерком с составления плана, в котором основные положения его будущего труда располагаются в иерархическом порядке. Иерархия — это естественное порождение ума. Анализируя средства передвижения, сконструированные инженерами, мы также обнаружим иерархию механических форм: различные виды легковых автомобилей, грузовики, танки, катера, подводные лодки, самолеты и т.д. Но было бы ошибкой считать, что они произошли один от другого. Нетрудно построить иерархическую лестницу средств передвижения, хотя каждое из них было задумано и сконструировано независимо от других. Следовательно, наличие иерархии форм еще не является доказательством того, что одна форма произошла от другой в процессе размножения. Наличие иерархии форм с таким же успехом может свидетельствовать в пользу гипотезы сознательного творческого акта.

Эволюционисты также предсказывают порядок расположения ископаемых останков. Но действительно ли их теория предсказывает реальные результаты или она просто констатирует известные факты? Представим себе гипотетического эволюциониста-инопланетянина, посетившего нашу планету в докембрийскую эру, когда, как считают ученые, на Земле существовали только первобытные водоросли и бактерии. Смог бы он предсказать, что в будущем, в результате естественного отбора и изменчивости, возникнут пауки и устрицы? Почему не более совершенные водоросли и бактерии новых видов? Теория эволюции не способна объяснить, почему эволюция, которая, как утверждают, началась с одноклеточного организма, привела к возникновению слонов и комаров. Ученые могут лишь указать на ныне существующие виды и заявить, что они «произошли один из другого».

Фото:«ИСТОКИ» стр. 40:

«Человеческое тело, состоящее из десятков миллиардов клеток, развивается из одной клетки в материнском чреве».

«Если бы мы могли понять, как генетические команды управляют развитием эмбриона, мы могли бы сказать, какие генетические трансформации необходимы, чтобы создать из одного вида жизни другой. Пока же у нас нет такой информации, мы можем только строить предположения».

Они не способны предсказать появление определенного биологического вида или класса организмов. Ученые могут утверждать, что их теория постулирует общую тенденцию к постепенному усложнению, однако это утверждение крайне туманно и не исключает возможности существования альтернативных объяснений.

Тем не менее, во всех своих статьях, книгах и выступлениях эволюционисты продолжают настаивать на том, что эволюция существует и что ее ход направляют только законы физики. По их мнению, признание других причин — например, участия в этом процессе разумного творца — ненаучно. Но предлагаемые ими объяснения, постулирующие творческую роль законов природы, сами являются антинаучными, ибо до сих пор еще никому не удалось создать модель, хотя бы приблизительно реконструирующую стадии поступательной эволюции организмов. Ученые обнаружили, что физические тела являются сложными молекулярными механизмами, и утверждают, что эти сложные молекулярные механизмы появились в результате последовательных изменений других сложных молекулярных механизмов. Это обязывает их представить модели, демонстрирующие, каким образом происходили эти изменения.

Каким образом, например, некоторые угри развили способность наносить электрические удары? Недостаточно списать это на волшебную палочку «законов природы» — необходимо представить подробную схему постепенных изменений, которые привели к появлению у них этой способности. Без подобных моделей теория эволюции остается туманной идеей, находящейся вне сферы подлинной науки. Если же эволюционисты заявят, что эта задача им не по плечу, то им следует отказаться от своих претензий на то, что их теория неопровержимо доказывает факт происхождения одних живых существ из других в результате постепенных изменений. Они должны просто признаться в том, что пока не знают и не понимают, как возникли существующие ныне типы живых существ.

Научно обоснованная модель эволюции должна, опираясь на генетику, показать, каким образом гены определяют физические формы организмов. Например, человеческое тело, состоящее из десятков миллиардов клеток, объединенных в такие сложнейшие структуры, как мозг, развивается из одной клетки в материнском чреве. Каким образом генетическая информация, заложенная в оплодотворенной яйцеклетке, управляет сложным процессом развития? В настоящее время предпринимаются, хотя и безуспешно, попытки создать математические модели этих процессов, которые пока остаются одной из самых важных нерешенных проблем современной науки. Получить строго научное объяснение процесса превращения одних видов в другие можно будет только тогда, когда ученым удастся разработать удовлетворительную модель этого процесса. Например, ученые утверждают, что благодаря генетическим мутациям из доисторической рыбы появились земноводные. Но если они не могут объяснить даже то, каким образом форма рыбы возникает из собственного генетического материала, то все их объяснения процесса эволюции рыбы в земноводное будут оставаться лишь гипотезами, или, называя вещи своими именами, пустыми фантазиями.

Чтобы подвести под теорию эволюции прочный фундамент, невозможно обойтись без математических моделей преобразования генетической информации в физические формы. Без подобных моделей эта «теория» так и останется туманными рассуждениями на тему эволюции из области ненаучной фантастики. На основе этих фантастических историй невозможно сделать ни одного ясного и поддающегося проверке научного предсказания, а когда их задним числом используют для объяснения уже произошедших событий, обнаруживается, что с их помощью можно объяснить практически любые мыслимые данные. Напротив, математическая модель позволяет делать точные предсказания, которые можно сличить с действительностью и таким образом подтвердить ее или опровергнуть.

Если бы подобные модели существовали, у нас была бы возможность с помощью достаточно мощных компьютеров установить, что произойдет с генетической информацией в процессе произвольных изменений, отбираемых в соответствии с заранее заданными правилами. И если бы изменения, предсказанные нашей моделью, приводили к физическим трансформациям, сходным с теми, которые отличают один биологический вид от другого, тогда мы имели бы все основания утверждать, что теория эволюции достигла уровня науки.

Фото:«ИСТОКИ» стр. 40-41:

«Некоторые ученые утверждают, что если бы динозавры не вымерли, то к настоящему времени они, скорее всего, эволюционировали бы в формы человекоподобных рептилий. Другие ученые настаивают на том, что возникновение на Земле человека — чистая случайность».

Но пока до этого еще далеко. До сих пор не существует ни одной модели, позволяющей делать определенные предсказания на основе теории эволюции. Более того, эволюционисты даже не знают, что им хотелось бы предсказать. Они сами не могут прийти к единому мнению в этом вопросе. Изучающий теорию эволюции в одних учебниках может встретить утверждения о том, что результаты эволюционного процесса полностью непредсказуемы и зависят только от случая, а в других — что эти результаты детерминированы физическими процессами, лежащими в основе естественного отбора. Рассматривая эволюцию человека, одни ученые доказывают, что появление человекоподобных существ — дело вполне обычное и что практически на любой планете Вселенной с подходящими условиями рано или поздно должны появиться человекоподобные существа. Например, Д. Рассел и Р. Секвин из Канадского национального музея естествознания, выдвинули предположение о том, что если бы динозавры не вымерли, то к настоящему времени они, скорее всего, эволюционировали бы в человекоподобных рептилий.[5] Другие ученые настаивают на том, что возникновение на Земле человека — чистая случайность. Ведущий теоретик-эволюционист Т. Добжанский так формулирует это положение: представим себе, что 50 - 60 миллионов лет назад, в эпоху эоцена, на земле жил высокообразованный биолог. Смог бы он предсказать, что существовавшие в ту пору примитивные приматы превратятся в человека? По мнению Добжанского, это крайне маловероятно. Он говорит: «Человек имеет, как минимум, 100 000 генов и по крайней мере половина из них претерпела те или иные изменения со времен эоцена. Вероятность того, что те же 50 000 генов изменятся сходным образом и будут вновь отобраны в той же последовательности, как это произошло в эволюции человека, с любой точки зрения равна нулю». [6]

Таким образом, мы имеем два диаметрально противоположных взгляда на процесс эволюции. По крайней мере, один из них неверен. Одни утверждают, что процесс эволюции детерминирован, а другие — что его ход неповторим. Сам этот факт свидетельствует о том, что эволюционная теория не способна предоставить сколько-нибудь надежного фундамента для решения даже самых элементарных вопросов.

Другой пример неспособности эволюционной теории предсказать конкретные результаты можно найти в трудах известного теоретика эволюции, неодарвиниста Дж. Смита: «Допустим, что двести миллионов лет назад, в эпоху земноводных, произошло некое событие, которое удвоило скорость мутации генов у всех существовавших в то время организмов. Предположим также, что по какой-то причине эта скорость закрепилась. Каковы были бы последствия этого события? Значит ли это, что динозавры вымрут быстрее, раньше появятся млекопитающие, обезьяны и человек, и нынешнее состояние будет достигнуто, скажем, за сто миллионов лет? Или же скорость эволюции сохранится на приблизительно том же уровне или даже замедлится? На все эти вопросы ответ один: мы этого не знаем». [7]

Чтобы лучше понять смысл этих слов, поставим на место теории эволюции баллистику. Если бы знание баллистики не позволяло артиллеристу объяснить, что произойдет при удвоении мощности заряда, используемого при выстреле, то такая баллистика не заслуживала бы права именоваться наукой. Следуя той же логике, можно смело утверждать, что все современные эволюционные теории несовершенны. Строго говоря, вопрос даже не в том, насколько корректны те или иные эволюционные теории, а в том, являются ли они теориями вообще.

Примечания:

[1] Charles Darwin, On the Origin of Species (New York: Atheneum, 1972), p. 184.

[2] Charles Darwin, On the Origin of Species (New York: New American Library, 1964), p. 306.

[3] Niles Eldredge, The Monkey Business (New York: Washington Square Press, 1982), pp. 31-32.

[4] Niles Eldredge, The Monkey Business, pp. 36,41.

[5] Niles Eldredge and Ian Tattersall, "Future People," Science 83 (March 1983), p. 74.

[6] Theodosius Dobzhansky, "Darwinian Evolution and the Problem of Extraterrestrial Life," Perspectives in Biology and Medicine, Vol. 15, No. 2 (Winter 1972), p. 173.

[7] John Maynard Smith, "The Limitations of Evolutionary Theory," The Encyclopedia of Ignorance, ed. Ronald Duncan and Miranda Weston-Smith (New York: Pocket Books, 1977), p. 237.